Мальчик следил, как мать прячет страх в коробку. Коробка хлипкая, картонная и небольшая. А страх, даже упакованный в оберточную бумагу и перевязанный скотчем, оставался пухлым и объёмным.
Мать утрамбовывала его, месила яростно, как тесто, а он, то там, то здесь упрямо выползал наружу и недовольно шипел. Мать не сдавалась, только украдкой от мальчика смахивала не то пот, не то слезы.
Наконец, ей удалось придавать страх крышкой, а крышку быстро перевязать верёвкой. Мать улыбнулась.
-Ну, вот и все. Теперь спрячем его в кладовке. Все будет в порядке.
Обычно мальчик ей верил, но сегодня усомнился. Он видел страх и знал, на что тот способен. Он вернётся. Найдёт способ освободиться и вернётся.
Долго ещё с того дня мальчик боялся, не то что заходить, но даже смотреть в сторону кладовки. Он помнил страх. Слышал, как он зло дышит там, в темноте, скукожившись, чтобы набраться сил, порвать путы и вырваться наружу.
Прошло несколько лет, и о страхе почти забыли. Но он вернулся.
Мальчик, подросший настолько, чтобы самому открывать входную дверь, вошёл в квартиру и сразу почувствовал страх. Он включил свет в коридоре, не закрывая входную дверь, чтобы в любой момент сбежать, и, вытянув шею, заглянул в большую комнату. Дверь в кладовку была приоткрыта. Страх затаился в темноте. Затаил дыхание. Он дождался своего часа и ликовал.
Мать вернулась и нашла сына на лестничной площадке. Он сидел, угрюмо спрятав лицо в руках. Она хотела спросить, что случилось, но все поняла сама. Устало опустила тяжёлый холодный от молока и фарша пакет на пол.
-Ты уверен? – спросила она бесцветным голосом.
Мальчик кивнул.
-Да, он вернулся.
-Стой здесь. Я пойду посмотрю.
Мальчик вырос и не хотел оставлять её наедине со страхом.
-Я пойду с тобой.
Она посмотрела на него, сощурившись, подумала, приняла решение и согласилась.
-Хорошо. Держись за моей спиной.
Пока мальчик боялся, страх обнаглел и занял всю квартиру. Он заполз на кухню, полежал на диване, порылся в комоде, разбросал вещи из шкафа - что-то искал или просто из вредности.
-Да, ты прав. Надо было…, - мать осеклась.
Мальчик так и не понял, что она хотела сказать. Он стоял за её спиной, потом подумал и подошёл ближе, потом ещё ближе. Теперь они стояли плечом к плечу.
Мать включила свет.
Отец лежал на тахте, пьяно раскинув колени в стороны. Семейники сбились, футболка задалась, обнажая пупок.
От яркого света он поморщился, уронил руку на лицо, убрал её, открыл глаза и зло, с ненавистью, посмотрел на семью.
