Турист из меня аховый. Куда-то ехать, лететь, идти, чтобы только увидеть? Странное, доложу вам, занятие. Другое дело, когда по необходимости. С задачей. На американском флоте есть поговорка: «Хочешь посмотреть мир, поступай во флот». Речь ниже, правда, пойдёт о нашем военно-морском флоте...
Году в 1984-м мне удалось принять участие в таком туризме на БПК «Ташкент» во Вьетнам. Первая моя журналистская командировка, до этого военно-морским туризмом я занимался по роду основной своей деятельности, сначала матросом, потом, как офицер. Но это очень пространная тема, потому ограничимся плаванием во вьетнамскую Камрань, была такая наша база для кораблей, идущих дальше, в Индийский.
Старшим на походе был вице-адмирал Ясаков, заместитель командующего Тихоокеанского флота, выдающийся, считаю, моряк и не менее выдающийся выдумщик. И вот идём мы в этот Вьетнам, из Владивостока, Корейскими проливами, погода хорошая, тишь, гладь, Божья благодать.
И тут из-за первого японского острова появляются два японских же СКРа, сторожевых корабля, легких, мощных, современных. Прицепились к нам в паре кабельтовых по левому борту и шуруют вровень с нашим форштевнем. А наверх на них высыпали всякие японцы и направляют на нас всякие визиры, бинокли, фото- и видеоаппаратуру. Фиксируют чего-то.
Мы тоже с мостика на них смотрим. Не очень приветливо, поскольку кому нравится, когда тебя без спросу фотографируют. Ясакову эта бесцеремонность тоже не понравилась и он приказал командиру «Ташкента» прибавить ходу.
Турбины прибавили. Японцы манёвр поняли и добавили тоже. Ясаков попросил командира дать «полный». Тот передал на телеграф. БПК всхрапнул, как боевой конь, и понёсся. Японцы на своих палубах забегали, добавили дров в печку и тоже понеслись. Догнали и снова демонстрируют свои замечательные ходовые качества.
Конечно, Ясакова это заело. Он приказал дать «самый полный». БПК взревел и полетел быстрее. Вы слышали когда-нибудь свист корабельных турбин? Непередаваемо! Наполняет! Восторг!
Но и тут японцы приняли вызов. Над их трубами прибыло копоти и задрались форштевни. Все три корабля - наш и японские - уже не шли, а летели, разваливая море на две части. Редкое, скажу вам, зрелище! СКРы стали было отставать, их форштевни уже не равнялись нашему, но, видать, самурайское самолюбие тоже кое-что значит. Там пробежал по мостику человек, было видно, как он поднес к губам микрофон и что-то в него репетует. Скорей всего, это тоже был разговор их командира с их машинным отделением. Минуту спустя этот ближний к нам кораблик еще добавил копоти и хотя уже не равнялся с нашим форштевнем, но не перестал отставать. Второй СКР что-либо выжать из своих железяк в машинном не смог и резко остался позади.
- Механика на мостик, - распорядился адмирал, глядя на упрямого японца.
На мостике появился неуклюжий кавторанга, механик.
- Добавить сможешь? - спросил его Ясаков и кивнул на японца.
- Сделаем, - бросил лапу к уху механик и тут же провалился в свою преисподню.
Как мы летели! Трудно сказать, сколько и чего там к самому полному добавил механик, но это был рывок стайера перед лентой. Второй раз такой гонки в моей жизни не было! Турбины «Ташкента» даже не свистели, а пели! Где-то рядом с ультразвуком. О, это была ещё та песня! Стальная, пронзённая ветром и сиянием океана...
И японец сдох. Вскоре его не стало видно. Остался далеко за кормой.
- Вот так! - Сказал Ясаков.
И выражение полнейшего мальчишьего счастья весь день было на его лице...
А вы мне тут говорите - туризм. Вот он, туризм! На такой круиз вам нынче никто не продаст путевку!
Потом как-нибудь, если хотите, о красотах Вьетнама поговорим...
Большой противолодочный корабль «Ташкент» (1974 - 1992 гг.)