Или, как полезно иногда упасть носом в грядку.
То ли жара, которая пришла в Москву, на меня подействовала, то ли выход на работу со всей неопределенностью моего там положения, но уж второй день я бешено ностальгирую (результат сегодняшнего дня, если не грохну в сердцах, выложу завтра).
Короче, написала я вчера душещипательное, с моей точки зрения, эссе. Перечитываю - рыдаю. По музею не перемещаюсь, а летаю - такая вся возвышенная барышня сорок восьмого размера в сердечных метаниях.
Одного барышня не учла - алгоритм платформы, на которой я сижу, умный, но коварный. Предложил он мне теги к моему ностальгическому эссе: "сад и дача" и "деревенская жизнь". А тут опытные мудрые люди писали, что его, алгоритм, слушать надо. Я и послушала.
А теперь смеюсь, не могу остановиться. Пришли, значит, по этому тегу люди, прочитали мой "бестселлер" "Терпеть не могу дачу", и что они вполне резонно увидели: семья нерях не в состоянии вытереть пыль, вывести мышей, покосить крапиву и поправить парник. И, самое главное, они совершенно правы - именно так это и выглядит.
Спало с меня барышнино платье, а вместе с ней грусть и налет декаданса на морде. Лучше пойду, наконец, окна помою, пока опять дожди не зарядили.
Как все-таки полезно иногда посмотреть на свои тексты со стороны.
Сразу вспомнила, как муж из дома записывал аудиосообщение для ученика во время дистанционных месяцев. Голос торжественно звенит, о Бунине с придыханием говорит, важность зашкаливает. Записал, отправил. Прослушал потом, на всякий. А там на заднем плане, в самый ответственный момент, когда ученик должен был разрыдаться от умиления и восторга, весьма четко звучит голос нашего младшего сына: "Мам, штаны снимать?"
