Наш путь лежит за перевал. Парк петроглифов – наскальных рисунков древних людей – «Калбак-Таш» станет последней точкой этого удивительного маршрута. Вновь взгляду открываются суровые горные исполины, хозяева заповедного края. У их подножий ютятся редкие поселения. В бескрайней свободе пасутся лошади, дремлют вдоль кромок дорог неторопливые коровы, карабкаются на склоны отары молочно-шерстных овец. Проезжаем и мимо многочисленных круговых насыпей, выложенных камнями. Захоронения скифско-тюркского периода из далекого прошлого проступают островками, свидетельствуя о глубине и мудрости лет алтайской земли. Останавливаемся и возле могучих каменных изваяний – кизерташей. Время стерло черты лиц бесстрашных воителей, но в проступающих очертаниях угадывается пояс и висящий на нем меч. Долина Калбак-Таш залита светом. Здесь завершает свой самостоятельный бег река Чуя, спеша навстречу Катуни. Последний порог «Бегемот» преодолен. И в родственном поцелуе сливаются коричнево-бежевые воды с зеле
Наш путь лежит за перевал. Парк петроглифов – наскальных рисунков древних людей – «Калбак-Таш» станет последней точкой этого удивительного маршрута. Вновь взгляду открываются суровые горные исполины, хозяева заповедного края.
У их подножий ютятся редкие поселения. В бескрайней свободе пасутся лошади, дремлют вдоль кромок дорог неторопливые коровы, карабкаются на склоны отары молочно-шерстных овец.
Проезжаем и мимо многочисленных круговых насыпей, выложенных камнями. Захоронения скифско-тюркского периода из далекого прошлого проступают островками, свидетельствуя о глубине и мудрости лет алтайской земли. Останавливаемся и возле могучих каменных изваяний – кизерташей. Время стерло черты лиц бесстрашных воителей, но в проступающих очертаниях угадывается пояс и висящий на нем меч.
Долина Калбак-Таш залита светом. Здесь завершает свой самостоятельный бег река Чуя, спеша навстречу Катуни. Последний порог «Бегемот» преодолен. И в родственном поцелуе сливаются коричнево-бежевые воды с зеленовато-белыми.
Ступенчатые скалы природного парка представляют собой художественную галерею под открытым небом из уникальных панно, авторами которых были люди, начиная с эпохи неолита и до VIII-X веков нашей эры. Более пяти тысяч изображений и пятисот композиций тысячелетиями покоятся здесь, связывая единым повествованием вехи прошлого и являя нам летопись истории человечества на алтайской земле.
Экскурсовод подводит группу к огражденным деревянными рамками каменным плитам. Под кончиком ее указки, казалось случайные линии, будто магически начинают превращаться в писаницы. Выбитые камнем, процарапанные металлическими остроконечными орудиями, обожженные, расцвеченные охрой сюжеты охватывают сотни тем. Однако среди них есть те, которые свойствены всем периодам. Так, образ благородного оленя-марала с фигурными ветвистыми рогами тысячелетиями тревожил души людей. В разных техниках представлены сцены охоты на этих величественных животных, стада, пасущиеся в поле, оленихи и женщины. На одном камне охотник отгоняет четырех волков от раненого марала, спасая животное. Это древнейший священный и почитаемый архетип в культуре алтайцев.
Художники умело оживляли неподвижные полотна, придавая своим картинам зримую динамику и энергию. Первые астрономические знания завещали нам предки в комплексе «Карта звездного неба». На горизонтальной поверхности видны два миндалевидных отверстия. В одно из них ставили факел, в другое наливали воду. Ночное ясное небо под свет огней отражалось в маленьком озерце, а мастера тем временем переносили созвездия на свой каменный мольберт.
Есть в Калбак-Таше и древний жертвенник, алтарь жизни и смерти. Три мира населены каждый своими существами и жителями. Устрашает средний мир людей химера, но ей противостоят смелые воины. Здесь же высечены сцены деторождения, разрешения материнством.
Мудрецы обратили к нам и свои словесные письмена. Расшифрованная учеными руническая надпись гласит: «Если на земле находящиеся болезни исчезнут, на вечной земле находящиеся люди придут в замешательство».
Хранят молчаливые скалы одиночные изображения шаманов, собаки, прародителя кошки, рогатого кабана, солнца, медведя, копытных животных с годичными кольцами. Отдельные виды дополнены ваятелями более поздних эпох. Лишь малую часть удалось охватить нам.
Сегодня далеко не все петроглифы изучены, что дарит ученым необъятное поле для новых открытий при прочтении каллиграфии запечатленной истории.
Красоты
Дорога на обратном пути была полна сумеречных пейзажей. Облачные тени стерли яркие краски и переливы этого дня. Капли дождя омывали трассу, внося в приближающуюся ночь свежесть и прохладу. Преодоленное расстояние в 750 километров подарило знакомство с новыми обликами могучего необъятного Алтая, вновь оставив в памяти восхищение и душевный трепет перед этим давно полюбившимся краем.
P.S. Присоединяйтесь к моему каналу, ведь наш мир так многолик и ждет своего познания Вами!