Если писатель написал книгу, то во веки веков каждая его строчка и слово останутся в неприкосновенности. Этого нельзя сказать о композиторах. Результат их творчества сразу, иногда даже на их глазах, подвергается всяческим переделкам. Это всё потому, что, в отличие от писателя, между композитором и публикой есть посредник - исполнитель, и он имеет право на статус сотворца шедевра. В итоге все самые популярные произведения классики существуют во множестве разных интерпретаций и десятках переделок. И если интерпретация всё же привязана к условной норме, называемой "авторский замысел", то в разнообразных обработках этого нет вовсе. Тут имеет значение оригинальность идеи, чувство меры и вкуса. Не будем брать популярные когда-то варианты, когда симфоническая классика незатейливо накладывалась на ритм секцию. Возьмём последние примеры. Вот, например, три версии очень популярного Аллегретто из Седьмой симфонии Бетховена, сделанные в 21 веке. Бетховену было 42 года, когда он написал эту симфо