Пост для любителей русской классической литературы. Вам наверняка известно, что великие литераторы живо реагировали в своих произведениях на все катаклизмы и сопутствующие им поветрия, которые происходили в нашей стране в течение многих веков. И как мы видим, все они имеют тенденцию повторяться. Чтобы понять это, достаточно в соотвествующих цитатах классиков лишь одно слово поменять на самое актуальное ныне: коронавирус.
И тогда выясняется, что, например, Александр Сергеевич Пушкин уже тогда всячески поддерживал инициативу нашего правительства о самоизоляции населения:
"Царица грозная, коронавирусня
Теперь идет на нас сама
И льстится жатвою богатой;
И к нам в окошко день и ночь
Стучит могильною лопатой....
Что делать нам? И чем помочь?
Как от проказницы зимы,
Запремся от корон-чумы!".
Мракобесы, пытающиеся сейчас лечить народ привязыванием к рукам корешков имбиря. существовали и во времена Ивана Грозного, о чем красноречиво свидетельствует нам Алексей Толстой:
"— Колдун, — продолжал князь, смягчая свой голос, — помоги мне! Али нет у тебя зелья, али нет корня какого….? Говори, высчитывай, какие есть чародейные травы?
— ….. Всякие есть травы. Есть колюка-трава, сбирается в Петров пост. Обкуришь ею стрелу — промаху не дашь. Есть тирлич-трава, на Лысой горе, под Киевом растет. Кто ее носит на себе, на того ввек царского гнева не будет. Есть еще плакун-трава, вырежешь из корня крест да повесишь на шею, все тебя будут, как огня бояться! Есть еще адамова голова, коло болот растет, разрешает роды и подарки приносит. Есть голубец болотный; коли хочешь идти на медведя, выпей взвару голубца, и никакой медведь тебя не тронет. Есть еще кочедыжник, или папоротник; кому удастся сорвать цвет его, тот всеми кладами владеет.
— А такой травы, чтобы от коронавируса вылечила, не знаешь?
Мельник замялся.
— Не знаю, батюшка, не гневайся, родимый, видит бог, не знаю".
Про возникновение фейсбука и роли слухов в соцсетях еще в начале прошлого века знал Константин Паустовский:
"Слухи при коронавирусе приобрели характер стихийного, почти космического явления, похожего на моровое поветрие. Это был повальный гипноз.
Слухи эти потеряли свое прямое назначение - сообщать вымышленные факты. Слухи приобрели новую сущность, как бы иную субстанцию. Они превратились в средство самоуспокоения, в сильнейшее наркотическое лекарство. Люди обретали надежду на будущее только в слухах, даже внешне стали похожи на морфинистов.
При каждом новом слухе у них загорались до тех пор мутные глаза, исчезала обычная вялость, речь из косноязычной превращалась в оживленную и даже остроумную.
Были слухи мимолетные и слухи долго действующие. Они держали людей в обманчивом возбуждении по два-три дня".
И наконец выводы нынешних аналитиков о том что теперь мы все после окончания пандемии изменимся и никогда не будем прежними, предвидел и опроверг Михаил Булгаков от имени Воланда:
"Люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было... Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны, из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или золота. Ну, легкомысленны... ну, что ж... обыкновенные люди... в общем, напоминают прежних... вопрос с коронавирусом только испортил их..."