В основе верований многих культур лежит предположение о том, что, помимо биологии, женщины и мужчины обладают по существу различными способностями и функциями. Понимание этого предположения помогает увековечить и даже институционализировать различия между мужчинами и женщинами в отношении поведенческих ожиданий, положения в семье, юридических прав, общественного статуса, образования и видов работы. Хотя чаще всего это приводит к подчинению положения женщины в обществе по отношению к мужчинам, иногда это может быть источником особой силы женщины.
В Китае понятие гендерного различия визуально проявляется в мужском/женском аспектах даосского символа инь/ян.
Темный вихрь внутри круга символа - пассивный, уступающий, женский инь; светлый вихрь - активный, агрессивный, мужской янь.
Ни тот, ни другой принцип не считаются подчиненными друг другу; каждый из них дополняет друг друга и способен выразить как женские, так и мужские черты. Таким образом, в даосизме женщины могли стремиться к духовному исполнению, выходящему за рамки их семейных обязанностей. Некоторые вступили в монастыри, другие собрались вместе с мужчинами, чтобы обсудить философию и религию, некоторые стали даосскими адептами.
Высшая богиня Древнего Китая, Хси Хуан Му (королева-мать Запада), найденная в классической сказке "Путешествие на Запад", также выражает аспекты верований инь/ян. Как инь, эта богиня является сострадательной, обещающей бессмертие; как янь, она является силой, которая имела власть нарушать гармонию между инь и янь.
Этот повсеместный страх того, что женщины могут принести хаос, нарушая космическую гармонию, является препятствием для женщин, которые стремятся к мужскому политическому лидерству. Тех, кто преуспел в этом, обвиняли в нарушении одного из законов природы, в том, что они стали "воронами из кур". Спустя годы после ее правления этот унизительный термин был применен к единственной китайской императрице У Цзэтянь (династия Тан, 625-705 гг. н.э.).
Буддизм, практиковавшийся в Японии и Китае, также предоставлял женщинам некоторые возможности. Женщины совершали паломничество в буддийские храмы, отступали в монастыри, иногда читали публичные лекции и возглавляли храмовые группы. Китайский буддизм находился на пике своего развития во времена правления У Цзэцзяня, который пропагандировал эту религию и даже оправдывал ее правление, утверждая, что она является реинкарнацией предыдущей буддийской святой женщины.
Во время правления У Цзэцзяня и в течение всего периода с начала до середины династии Тан женщины пользовались относительно высоким статусом и свободой. На картинах и статуях эпохи династии Тан изображены женщины верхом на лошадях, а также в качестве администраторов, танцовщиц и музыкантов. Истории и стихи, как и те, что написаны под пером печально известной поэтессы Юй Сюаньцзи, также свидетельствуют о почти современной открытости этого периода.
Напротив, конфуцианство стало наиболее распространенной доктриной, поощряющей веру в "естественное место" женщин. Сам Конфуций не очернял женщин по своей природе, хотя и ставил их в нижнюю часть патриархального семейного уклада. Тем не менее, на протяжении веков предположение о том, что социальные места мужчин и женщин и их ожидаемое поведение весьма различны, основывалось на конфуцианских иерархических заветах и подкреплялось предписывающими советами, такими как "Уроки для девочек".
Написанные женщиной-историком Бан Чжоа (династия Хань, около 45-120 гг. до н.э.), "Уроки" стали одним из самых прочных источников рекомендаций по поведению женщин в Китае. Автор учит женщин "уступать другим; пусть она ставит других на первое место, себя - на последнее".
В эпоху династии Сонг (960-1279 гг. до н.э.) новое толкование конфуцианского учения, называемого неоконфуцианством, еще больше расслоило положение женщин. Подкрепленные идеями верности жены и поклонения мужу, принесенными монголами, неоконфуцианские верования привели к вопиющей практике переплетения ног, настойчивости к целомудрию вдов и продаже нежелательных дочерей.
Хотя связывание ног иллюстрирует ощущаемую необходимость ограничить женскую мобильность, эта практика появилась лишь в период правления династии Сонг и не повсеместно соблюдалась. Женщины большинства этнических меньшинств, включая женщин хакка и маньчжуров, не практиковали ее, как и некоторые крестьяне, которым приходилось работать на полях.