Это было еще более очевидно у русских футуристов, которые наложились на социально-революционные течения в их всепроникающем фокусе как на новом искусстве, так и на новом обществе. Насколько это возможно так как они отвергли автономное положение искусства, сюрреалистов и, в меньшей степени конструктивисты, также выступали за социальную активность, в которой искусство иногда имело пропагандистскую ценность, но там, где это рассматривалось в первую очередь как неотъемлемая часть разыскиваемой Утопии. Но как бы ни были представлены инновации в авангардном искусстве и защиты с точки зрения прогресса, он оставался чрезвычайно трудным для защитники этого искусства, чтобы обосновать свои претензии. В первую очередь, искусство перестало быть автономным институтом в глазах авангарда, в результате чего он потерял свою самобытность; в этом случае, развитие можно рассматривать только в более широкой перспективе и уже не как аванс в адрес искусства. Однако, учитывая парадоксальное развитие авангарда в высокоуспешное, автономное арт-движение, это возражение было несущественным.
Однако, это был другой вопрос, где идея в том как порвать с прошлым было сложно. По словам Бюргера, со времен авангарда, искусство имело доступ к широким разнообразиям процедур и стилистических форм прошлых эпох. Он ссылается на наличие техники старых мастеров в некоторых картинах Магритта , но есть и романтический интерес к сну, найденному в сюрреализме, и примитивизм, видимый в таком кубистическом художнике, как Пикассо, то есть, если эти художники рассматриваются как часть авангарда. Через идеологию "Разрыва", стремление как к провокации, так и к "новому", экспериментальные попытки постоянно нарушать границы, исторический порядок процедур и стилей трансформировались в "современность вневременного". Следствием этого, говорит Бюргер, является то, что "никакое движение" в современном искусстве может законно претендовать на то, что оно исторически более продвинуто как искусство чем любой другой. Проблемная связь между "прерывистостью" и "современностью бесконфликтности", с одной стороны, и между идеями. Прогресс в искусстве, с другой стороны, применяется к развитию искусства, следующие за историческим авангардом, от послевоенного неоавангарда до сегодняшнего постмодернизма.
Кроме того, есть упомянутое ранее осложнение, что после модернизма и исторического авангарда различные виды искусства все больше включали в себя быстрое обсуждение художественной критики в самих произведениях искусства. Все больше и больше искусства, будь то музыка, литература, кино или изобразительное искусство, обязано своим существованием Хотя неявная вера в обновление и прогресс, похоже, едва ли была отменена, непрерывно и неоднозначно, но, тем не менее, в этой разработке была предложена радикальная критика традиции, в соответствии с которой возможность концепции истории с идентифицируемой моделью прогресса была практически сведена к нулю. До такой степени, что современное искусство стало ассоциироваться с этим все более важным концептуальным компонентом. Идеи прогресса в значительной степени устарели. Искусство растворилось в дискурсе, который, казалось бы абсурдная оценка прогресса. Это возвращает нас к дискуссии, затронутой во введении, в котором Данто, по аналогичным причинам, объявил о конце изобразительного искусства.
Как бы часто ни звучали идеи прогресса в практике искусство и дискурс, в котором они функционируют, всегда приводят к апория, недоумение. И финализм, и революционная мысль романтизма продолжала размывать предположение о линейном времени, а значит, и вовсе, преемственности. Позитивистская традиция девятнадцатого века уменьшилась. Специфическую идентичность искусств, рассматривая их как часть всеохватывающего процесса, сводя их, таким образом, к орнаменту социального развития. Аналогичный эффект был достигнут в эволюционном подходе. Историко-культурные науки пытались вписать искусство в корсет слишком много упрощенных моделей. Для моих целей, однако, еще слишком рано отвечать на вопрос. Бесполезно ли говорить о прогрессе в искусстве. Теперь я перейду к более систематическому вопросу о том, как идеи прогресса или в связи с тем, что искусство использовалось, и почему оно было таким привлекательным. С этой целью, представляется уместным более пристально взглянуть на контекст, в котором они возникли.