А где мама, спрашивает Мя.
Никто не отвечает.
Отвечать некому.
Никого нет.
Мя снова скребется в дверь, сама не знает, зачем.
В кухне молчат часы, они раньше никогда не молчали.
Солнце ползет по паркету.
.
А где мама, спрашивает Мя.
А когда мама, спрашивает Мя.
А мама пока не придет, говорит она.
Она.
Она в дверь пришла.
Мя даже испугалась немножко, а потом обрадовалась.
Она вкусностей принесла.
И еды принесла.
И говорит:
А мама пока не придет.
А когда, спрашивает Мя.
А потом.
А когда потом, спрашивает Мя.
А потом потом. А я тебе скажу, когда потом.
А Мя сказала, что её зовут Мя.
.
А она опять пришла.
Еды принесла.
И игрушек.
И в квартире прибрала, чисто стало.
Ну она же, ей прибрать без проблем, а Мя прибирать не может.
А мама будет, спрашивает Мя.
А потом, говорит она.
Она хорошая, даже с Мя поиграла.
.
А она пришла.
Пришла, когда Мя уже и не надеялась, что кто-то придет.
А вот пришла.
Она.
А Мя к двери бежит, мама, мама, - а там она.
Она заходит, маску снимает, в изнеможении опускается на пол в прихожей.
А мама…
А я тебе поесть принесла, - шепчет она. С трудом выкладывает что-то из сумки, Мя набрасывается на еду.
А пойдем, говорит она.
А Мя теряется, а как так пойдем, а Мя раньше никуда не ходила.
А тут вот – а пойдем.
И кроватку Мя собирает, и домик Мя, и тарелки Мя, и платьишки Мя.
И пошли.
А там все такое незнакомое, Мя раньше только из окна видела.
А тут вот оно все как.
А где все, спрашивает Мя.
А ушли куда-то, - говорит она, и Мя отвлекает, а ты смотри, дерево какое, а дом какой, а давай тебе мячик купим, и вон шкатулочка какая музыкальная, давай её тебе возьмем…
А почему прохожие на улице спят, спрашивает Мя.
А устали, говорит она. И спать легли.
.
А Мя с Тэ познакомилась.
И с Фа.
И подружилась даже, правда, с Фа немножко поссорилась, что Фа хотела в домик Мя залезть, а Мя домик не дала, это же её, Мя домик, а не Фа.
Она потом Мя говорила, ну ты же понимаешь, ты в квартире жила, и домик у тебя был, и кроватка, и посуда, а Фа на улице жила, у неё не было ничего…
Мя не понимает, как так, на улице.
Мя вообще не понимает, почему она здесь, в большом зале, и много-много вот таких вот, как Мя.
.
А она кому-то звонила по телефону, ну как мама обычно подружкам звонила, а Мя её дергала, мама, мама, а мама – некогда, некогда, поди, поиграй… А тут она не подружкам, другому кому-то, да дайте хоть их вывезти, да не заразные они, что вы, в самом деле…
.
А Тэ ночью плакала.
Потому что к маме хотела.
Мя даже не поняла сначала, это как это так, это же у Мя мама, а не у Тэ, а оказалось, у других тоже мамы есть, вот оно как. Мя тогда тоже заплакала, потому что мамы нет. А тут она проснулась, подошла. Не мама, а та, которая она. Стала обнимать, успокаивать, стала говорить что-то, что мамы придут, и видно, сама не верит, что говорит, а потом сама заплакала, вот ужас-то был, что она тоже плачет…
.
Вечером она пришла.
Еду принесла.
Зал прибрала.
Она сегодня кашляла, ей сегодня тяжело было, Мя ей помогала, и Фа тоже, и Ук, он классный, и Иш, он тоже классный, и Тэ.
А она кашляла.
И картинки показывала, вот так вы раньше жили, когда нас еще не было, вот вы сами землю копали, и зерно сеяли, и дом строили, а потом уже к нам жить пошли.
И буквы показывает, это М, это я, будет – М-я.
.
А она опять кому-то звонила, только не отвечал никто, а она потом телефон выключила, и сидит с ним, и даже на Мя не смотрит, и не улыбается.
.
А сегодня в магазин ходили.
С ней.
Помогали еду собирать.
С ней.
А она кашляла.
А мама придет, спрашивает Мя.
А не придет, говорит она.
А как так, спрашивает Мя.
А так так, говорит она.
.
А она сегодня не пришла.
И вчера не пришла.
И позавчера не пришла.
А она не придет, говорит Ук.
Как мама, спрашивает Мя.
Как мама.
.
А пошли, говорит Ук.
И все пошли.
Потому что Ук сказал, а пошли.
И землю рыли.
И зерна туда бросали.
И картошку туда закапывали.
Даже дом нашли, и очаг разожгли.
Как раньше.
Как до того, как.