Неожиданно (а может вполне ожидаемо) вынесло Роджера на самую высокую вершину музыкального искусства. Далеко за пределы рок-музыки, в классическую оперу – в результате чего он встал в один ряд с такими гигантами как Генри Пёрселл и Джакомо Пуччини.
И это удивительно – просто чудесно – ведь академического музыкального образования у него нет ни на йоту. Как такое возможно? Думается, что всё дело – в грандиозном заряде энергии, стремлении вверх, к вершине, в свободном духе, который ведёт к освоению новых пространств.
«Лучше гор могут быть только горы, на которых ещё не бывал…» Благодаря этому свободному духу Вангелис – не зная нотной грамоты! – создал огромное количество прекрасной музыки. Да и божественный Лорд, заключительный период своего творчества посвятивший классической музыке, не обучался ни в каких музыкальных заведениях.
О том, насколько удачным получился результат, лично мне говорит тот факт, что несмотря на языковой барьер эта вещь настолько меня захватила, что я гонял её не переставая – и это при столь внушительном объёме. Поразительная музыкальная лёгкость, плавность – от слова «абсолютно» – без малейших сучка, преграды, зазубрины. Ну а проникновение в текст, в содержание только расширило восприятие.
Ясное дело, что столь грандиозная вещь – труд коллективный, сотворчество многих. Это – огромный штат исполнителей – оркестр, хоры, выдающиеся солисты Брин Терфель, Пол Гровс, Йинг Хуанг, дирижёр Рик Вентворт, он же сопродюсер и соавтор Уотерса по оркестровкам и хоровым аранжировкам. Ну и, конечно, авторы оригинального французского либретто Этьен и Надин Рода-Жиль, с которых всё и началось.
Но и для большого Роджа началось это не в одночасье, а гораздо раньше. Некоторые прообразы ретроспективно можно услышать ещё на «Стене»: в таких вещах как Bring the Boys Back Home, Waiting for the Worms, The Trial содержится зародыш (Embryo) классической оперы. В Pros and Cons of Hitch Hiking видим мастерское использование лейтмотивов; Radio K.A.O.S. свидетельствует о стилистической, жанровой смелости музыканта; наконец, Amused to Death, как вершина рок-синтеза, красноречиво говорит о том, что дальше в роке Роджеру делать больше нечего – всё что мог, он уже сказал. И для идущего вперёд оставался только один путь – выход за пределы – в совершенно иное пространство, на недосягаемые для рока высоты.
Так созрела идея Ça Ira. И при очередном прослушивании этого шедевра одно единственное слово вбирает в себя всю гамму чувств – ВОСТОРГ!