- Эх, и когда же наши мужики вернуться - даже если эти слова и не произносились в слух, об этом думали каждую секунду.
Когда Мара проходила по улице, ей в след смотрели с мольбой и надеждой, однажды она соседке Тимофеевне, получившей похоронку уже на второго сына, сказала, что тот жив. Так получилось, что коснулась Мара фотографии и почувствовала тепло. Никто не верил, думали, что просто Мара так утешила, а сын, правда, оказался жив, еще и воевал в отряде освободившим село, первым делом прибежал к родному дому:
- Мама, мама, - а той аж дурно стало.
- Когда же все вернутся... - у Мары самой разрывалось сердце.
В последний раз с Иваном они виделись два месяца назад, он еще бравировал, говорил как хорошо и спокойно в лесу, дескать немец боится туда соваться, но от дурного предчувствия опускались руки.
- Мара, Ивана в госпиталь повезли, - Гераська, запыхавшись ввалился в хату, и толком не отдышавшись, сбивчиво рассказал:
- Снаряд рядом с ним разорвало, его всего осколками порешило... Беги...
Полевой госпиталь развернулся на окраине леса, на ровной полянке установили шатер-палатку, там нескончаемым потоком оперировали раненых, которых все подвозили и подвозили с передовой, на подводах, на грузовиках. Носилки складывали в ряд перед палаткой, каждый ждал своей очереди, кто-то не дожидался. Мара добралась до госпиталя к вечеру, уже начало смеркаться. Поле боли и крови как-будто оглушило, ее начало мутить и внутренне колотить мелкой дрожью, она ходила вдоль рядов разглядывая каждого.
Вскоре кроме санитаров и медсестер Мара заприметила призрачную фигуру, в черном плаще с капюшоном, она проходила мимо лежащих на кого-то даже не глядела, перед кем-то опускалась на колени и брала за руку.
- Как же много у тебя работы, - с содроганием подумала Мара.
Когда в очередной раз фигура опустилась перед раненым на колени, у Мары зашлось сердце, превозмогая дрожь, она решительно подошла к присевшей фигуре и через ее плечо посмотрела на лежащего, Иван...
- Нееет, не тронь моего мужика...
- Твоего? - фигура даже не обернулась, лишь слега пожала плечами. - Его путь окончен, а я всего лишь провожу его.
- Убери свои руки от него, он мой - Мара попыталась схватить фигуру за горло, но руки не встретили никого сопротивления.
- Не мешай мне, - но все же фигура поднялась с колен, и слегка отстранилась от Ивана.
- Какая тебе разница, вона сколько народу вокруг, неужели тебе мало, - теперь уже Мара встала на колени, слезы катились по ее щекам.
- Кого по твоему я могу забрать? Может сама укажешь? - в голосе фигуры слышалась явная насмешка.
- Посмотри на этого мальчика, - фигура указала на рядом лежащего юношу, у него в груди была рана и перебиты ноги - ему всего восемнадцать, на фронт ушел с института, он очень талантливый и может стать большим ученым, а может тот, он славно пожил, пятеро детей у него, скажи кого мне забрать?
Мара взяла Ивана за руку: "Меня забирай, веди нас обоих".