Ты иногда настолько широко распахиваешь передо мной дверь, скорей всего бессознательно, потому что это выглядит так ествественно и искренне, как бывает только у детей. В такие минуты я испытываю почти физическую боль от твоей уязвимости... Оттуда веет таким чистым светом и родным теплом.. Мне остается лишь сделать шаг в распахнутую дверь твоей Души... Но я знаю, что никогда туда не войду. Нет мне там места ... И никогда не будет ... В минуты твоей наибольшей уязвимости ты кажешься таким наивным, таким беззащитным, что я шепчу про себя: "Пожалуйста, не надо. Не делай этого. Не приглашай меня войти". Нельзя бесцеремонно вторгаться в чью-то жизнь. В чью-то Душу. Ломать, строить под себя, если не собираешься там остаться. После ухода очень тяжело расставить вещи по своим местам... Не раскрывайся передо мной, не приглашай войти. Я не войду. Каких бы трудов мне это не стоило... Я не смогу поступить с тобой как ребенок с чужой игрушкой. О ней можно не заботиться, ее можно сломать, она ведь