Бурый Волк - это один из героев русских сказок. Он же по совместительству ещё и герой фэнтези «По ту сторону сказки. Дорога в туман». Мне в детстве всегда было не очень понятно, а почему это Бурый Волк начинает служить Ивану-Царевичу. Коня съел? Так он же Волк! Пусть этот самый царевич радуется, что его самого не зажевали! А то взял, понимаешь, моду безмятежно спать в лесу! А потом, люди добрые, да что же это делается-то? Царевич ручками загребущими хватает всё, что блестит и накрепко не приколочено! То клетку золотую цапнет, то уздечку! А ведь ему простым и понятным русским языком было сказано, чтобы он не трогал вышеуказанные предметы! Низзя! И кому приходится его вытаскивать? Правильно! Тому же самому Бурому Волку! Делать ему нечего! А потом ещё и устраивать так, чтобы девица-красавица вьюноше этому легкомысленному досталась. А потом ещё и от братьев-убийц спасать! Нда… Что-то с наследственностью в том царстве-государстве не очень… Три царевича и все такие сомнительные. Или воспитание у них там так хромает… Батюшке их, короче говоря, хвастаться нечем!
Но, это я отвлеклась. Вернёмся к Волку. Ему-то это всё зачем? Детектив прямо! Ладно, раз детектив, рассуждаем логически. Попытаемся найти кому выгодно? Царевичу выгодно? Выгодно, безусловно. Но, он, как из его поступков увидеть можно легко и просто, и на шаг вперёд смотреть не в состоянии.
-Ой, блестяшка! Ой, красивая! — цап в жадные ручки и поволок. А что золото не просто так развешано, а вовсе даже с сигнализацией, он и не соображает! Причинно-следственные связи не улавливаются ни в какую!
Так, получается, что нам Иван-царевич как идейный вдохновитель не подходит. Простоват, да и не очень умён, прямо скажем.
Тогда кто? Кому ещё выгодно? Кто в выигрыше? Иван-царевич женится на царевне. Стоп! А она-то, вроде, и не против?
И почему это она совсем взаперти жила? Только в садик выходила, да со взводом мамок и нянек? Понятно, что девицы тогда активной социально жизнью не живали, но уж не совсем в затворе! Может, батюшку прогневала? Непокорство учинила? Странно. Она как раз вполне покорна была и когда её Волк уволакивал, и потом, когда с Иваном-царевичем на Волке летала. Да и братьям его никакого протеста не чинила. А ведь могла бы!
Даже на этапе похищения любая нормальная сказочная девица, увидев громадного волка, устроила бы такой визг и крик, что деревья бы гнулись! А уж если бы орали ещё и её сопровождающие (обычно сила мамок-нянек именно в богатых голосовых данных. Это я на собственном опыте общения на детских площадках чётко уяснила), то всё, Волк бы пал смертью храбрых прямо на подлёте к цели, сраженный звуковой волной!
И потом, фигушки бы так легко увёз её визжащую и рыдающую Иван-Царевич! А уж его братья-то и подавно! Она-то не девка-чернавка, а царская дочь-наследница! Уй, что могла бы учинить! А тут — тише воды, ниже травы.
А если… Если это она сама была не против? Тогда сказка-то по-другому сказывается, да и дела совсем не так делаются!
Если интересно, можно прочитать мою версию событий (отрывок из книги «По ту сторону сказки. Дорога в туман. Книга вторая»)
На третий день, утром за завтраком, в окошко горницы стукнул дубовый сучок. Дубок взял на себя обязанности караульного, и теперь стучал и скреб лапкой по стеклу. Волк скривился, Кот заткнул уши лапами.
— Прекрати! Звук просто ушераздирающий! Что там такое?
Дубок не говорил, поэтому, просто написал на стекле лапкой слово «Письмо».
— А, письмо кто-то прислал. Сейчас выйду, – Баюн вышел из дуба, и очень скоро вернулся, с озадаченным выражением на морде. – Это тебе, – он положил письмо перед Волком.
Степан принялся раздумывать, как именно Волк будет лапой письмо открывать, а, может зубами? Тоже неудобно… Но Волк не торопился прикасаться к бумажному сверточку, а сидел, потрясенно на него уставясь. Потом понюхал, и резко подпрыгнув, поднялся с пола уже человеком, взял письмо и ни на кого не смотря, ушел к себе в комнату и закрыл дверь.
— Эээ, а что это было? Или лучше не спрашивать? – тихонько спросила у Жаруси Катерина.
— Катюш, полетать не хочешь? — вместо ответа громко спросила Жар-Птица, подмигнув Катерине правым глазом.
— Конечно, хочу, что ты спрашиваешь, – так же громко ответила Катя, и, поблагодарив Кота и скатерть-самобранку за завтрак, вышла с Жарусей из дуба.
Они действительно взлетели и были уже высоко над дубом, когда Жаруся, наконец, ответила Катерине на её вопрос.
— Это письмо от царевны. Волковой.
— Какой Волковой? – не поняла Катя.
— Ой, ну что ты, в самом деле! Помнишь: В темнице там царевна тужит, а бурый волк ей верно служит?
— Да, помню, конечно!
— Вот, эта царевна и пишет. Она его когда-то выручила. То ли из ямы, то ли из капкана, не знаю точно, короче говоря, Волк ей поклялся служить. Вот и служил. Тебя не удивляет сказка про Волка? Он там и меня крадет, и коня, и девицу. Вот эту самую царевну, кстати.
— Как крадет? Он же ей служил? – Катерине эта сказка никогда не нравилась. Не понимала она происходящего в той истории, особенно после того, как этого самого Волка узнала.
— Да очень просто. Вот послушай как было: Жила-была царевна Елена Прекрасная. Нет, между нами девочками, действительно красивая, только одевалась… Ммм… Аляповато, но, это так, к слову. И задумал её батюшка выдать дочурку замуж за царя одного. Царь как царь, богатый, могучий, но уж очень не красивый. Урод, прямо скажем, рядом с Еленой-то. Не, может кому-то и хорош, а её очень не по нраву пришелся. А нрав у Елены такой… Сложный. И было у Елены Прекрасной зеркальце, вот как у нашего Кота. И давай в это зеркальце царевна смотреть, и царевичей и королевичей разглядывать. Да всё не такие, как хочется, а вот как нашла по нраву, так и сложности начались. Понравился ей царевич Иван. Всем хорош, и красив, и рост, и удаль молодецкая, да вот беда, он младший, третий царевич-то. Ещё Дмитрий и Василий имеются, старшие. Короче говоря, не наследник ни разу. Если бы первым сыном был, то все просто. Елена отца бы уговорила. А тут какой-то третий царевич, и шансов у неё на благополучное получение отцова разрешения не было. Но, Елена же с характером. Ей так её жених не нравился, что она решила, что все равно сбежит и за Ивана замуж выйдет, а там уж батюшке деваться некуда будет. Сбежать было сложно, батюшка-то у неё не дурак, видел, что царевна не в настроении воли его подчинится, и держал её, ну, не в темнице, конечно, но под надзором в девичьем тереме. Выпускал по саду прогуляться с мамками и няньками, чтоб воздухом дышала и садом любовалась. Но, у царевны же Волк был, в услужении. Сам, между прочим, напросился. Вполне достаточно было спасибо за спасение сказать. Нет, понесло его. Так что Волк бы её вывез и из сада, и из терема, да и из темницы, тоже бы достал, если бы надо было. Но! Не принято у нас как-то валиться на голову незнакомому царевичу с предложением жениться. Иван бы такого не понял, папенька бы его не понял, её папенька бы совсем не понял бы. В общем, не вариант. Надо было, чтобы Иван сам её захотел достать, но, не показываясь на глаза её папеньке. Как меня наш Волк уговаривал! Ты бы слышала! Я долго не соглашалась, клетки не переношу, да и смешно это, ну какая клетка может меня удержать! Сивка опять же. Разрешить запихать себя в конюшню Кусмана, это знаешь ли жертва… Волк его месяц умолял. Короче говоря, уговорил. Пришлось мне сидеть в дурацкой клетке и ждать этого растяпу Ивана, который пытался провалить всё, что только мог. Клетку прихватил, уздечку свистнул. Фу, намаялся с ним Волк! А потом Волк сам выкрал царевну Елену, причем при свидетелях, чтобы Ивана, если что, нельзя было обвинить. Кусмана он обманул жестоко, это да. Но, опять же, идея была Елены. Кусман к ней сватался много раз, и так ей надоел, что она напоследок решила посмеяться над ним. Впрочем, кроме Кусмана и царя Авдея, у которого Иван меня выкрал, все оказались в выигрыше. Иван – с царевной, и в полной уверенности, что это он её полюбил и добыл. Ага, сейчас! Как же! Папенька Елены с приличным зятем, растяпой, конечно, но папеньку-то не посветили в подробности, он до сих пор уверен, что Иван в жестокой схватке отбил его дочь у кровожадного волка. Будто у Ивана могли быть какие-то шансы! Смешно, право же! Папенька Ивана с невесткой-царевной, у которой свое царство имеется. А вот Волк в эту картину никак не вписывался. Иван был уверен, что Волк ему помогал за сожранного коня. Простачок. И что Волк никакого отношения к Елене не имеет, и увидел её только тогда, когда выкрадывал из сада под визг мамок, нянек и остальных присутствующих. Папенька Елены уверен, что Волк коварный похититель. Кусман, о, Кусман, прямо скажем, Волка очень сильно не любит, и тоже не в курсе, что идея-то была Елены. Короче, Волк Елене стал не нужен и даже опасен. А вдруг кто-то догадается? А вдруг сам Волк проговорится? А потом, он же у нас на манер благородного рыцаря. Служить, так служить. Он долго не мог понять, что она его гонит. Потом не мог сообразить, чем он провинился и что сделал не так, а под конец, чуть не помер с тоски. Беда с этими… Рыцарями. Особенно с благородными. И вот теперь эта самая змея подколодная Елена Прекрасная, посылает ему письмо. Немудрено, что он так взвился. Я вот порадовалась, когда узнала, как именно ты его позвала в зоопарке, что назвала своим, для него это очень важно. Ему надо быть чьим-то. И чьим-то другом. И кого-то защищать и опекать и спасать. Так что Катюша, полетели-ка в Дуб и посмотрим, что там такое происходит. И раз уж ты в курсе настоящих событий, а не той версии, которую везде печатают, смотри, чтобы нашего Волчка опять змея подколодная Елена не заморочила!
Катерина некоторое время летела молча и переваривала то, что ей Жаруся рассказала.
— Катеринааа! – окликнула её Жаруся, — Ты что молчишь-то?
— Злюсь я. Сильно. И Волка жалко, – мрачно ответила Катерина. — А Баюн разве не знает настоящую историю?
— Нет, не знает. Откуда? Знаем мы с Сивкой, мы же присутствовали. Да, и понятно, что все это между нами, да?
— Конечно. Спасибо тебе, а то я много чего понять не могла. Очень уж не в духе Волка чего-то красть и над людьми так издеваться, как над Кусманом, да и девицу насильно увозить он бы не стал. А вот раз по её желанию, тогда всё понятно!
Катя посмотрела вниз и увидела, что они не улетали далеко, а все кружились над дубом. И Жаруся внимательно вниз посматривает.
— Ладно, полетали, про наряды поболтали, да и возвращаться пора. Правда? – Жаруся опять подмигнула Катерине, намекая на то, что нужно ответить, если кто-то уточнит, чего это они там обсуждали. Но, когда они вернулись, выяснилось, что никому и дела до этого нет. Волк сидел за столом, невидящим взглядом уставившись на Степана, отчего тот сначала переживал и ёжился, а потом, сдвинувшись чуть в сторону обнаружил, что Волк так же смотрит на стену. Кот лихорадочно искал что-то в книге со сказками.
Увидев Катерину, Волк оживился, привстал и начал что-то говорить, но потом резко сам себя оборвал, и удалился в комнату, плотно прикрыв за собой дверь. Потом вышел, постоял, обошел вокруг стола. Маялся, короче.
— Волк, чего ты мечешься? – не выдержала Жаруся.
— Я? Да я и не мечусь, просто хожу, – неправдоподобно объяснил несчастный Волк. Он забыл оборотиться, и был в виде человека. Очень расстроенного.
— Раз не мечешься, прокати Катерину к озеру. Она искупаться хотела, Сивка пока не вернулся, а я воду не очень уважаю, ты знаешь.
— Что? А, да с радостью! – похоже было, что Волку очень надо было поговорить с Катериной, но как это сделать он не знал. И когда ему дали такую возможность, очень обрадовался.
— Чего-то меня все сегодня кругами катают, – подумала Катя, сидя на спине гигантского Волка, который до озера её довез, но спускаться не торопился, а начал летать вокруг.
— Волчок, что у тебя случилось? – решилась, наконец, Катя.
— У меня? Ничего! – Волк всё-таки снизился и прыгнул на белый мелкий песок небольшого островка, который был практически в центре озера. – А с чего ты взяла?
— Кажется мне так почему-то, – Катерина села на песок и внимательно посмотрела на измученного Бурого.
— Катюш, я даже не знаю. У меня просьба есть, То есть не у меня, но… Нет, я не могу! – Волк решительно зашагал в сторону, потоптался там, вернулся, уселся рядом с Катериной и тяжело вздохнул.
— Волк, ты мне скажи, что за просьба. И мы вместе подумаем, что делать. Мы же друзья! Так у друзей принято. А не метаться в одно несчастное рыло и не мучиться так, как некоторые делают. Которые тут вот рядом сидят. Может, оно и не так все плохо?
Волк грустно усмехнулся. – Давно меня спас один человек, девушка, царская дочь. И я пообещал ей верно служить за это. Её отец хотел выдать её замуж, а она видеть жениха не могла! Любила другого. Я сделал все, что мог, чтобы ей помочь. И… И она вышла замуж за любимого человека. А меня отослала. И все. А вот сегодня прислала мне письмо, что я должен тебя привезти и ей передать, так как я её слуга и это мой долг.
— Прелестно! Я в восторге! Надо думать, что ты теперь должен меня закинуть на спину и отвезти к этой царевне? – заинтересовалась Катерина.
— Ты что, с ума сошла? – Волк оскорбился. – Я за тебя жизнь отдам! Как я могу? Но, я же поклялся ей служить. Она хочет, чтобы ты очистила её царство. Но, при этом приказывает тебя доставить!
— Волчок, а тебя не смущает, что она же сама тебя прогнала? То есть, грубо говоря, служба твоя ей больше была не нужна. Уволила она тебя со службы. И все! И никакой власти над тобой у неё больше нет.
— Но, жизнь-то она мне спасла, – заявил Волк, покосился на Катерину и призадумался. – И ты меня спасаешь, вон уже сколько раз, да ещё как!
— Наверное, надо было у тебя клятву службы потребовать, – рассмеялась Катерина, и, заметив серьезную морду Волка, предупредила его. – Не вздумай! Ты мне не слуга и не будешь им никогда! Я сюда пришла будить сказки, и мне нет никакого дела до этой самой царевны. И до её приказов тоже. А ты, пожалуйста, перестань мучиться на ровном месте. Уволенному слуге приказов не дают. Так что царевна пусть кому-то другому диктует, что кто делать должен.
Волк задумался и чем больше он думал, тем больше ему нравилось то, что Катерина говорит. И ведь верно! Елена его выгнала чуть не пинком. Кричала, приказывала больше никогда ей на глаза не показываться. А сейчас требует, не даже не просит передать Кате просьбу, а требует у него привезти сказочницу и передать ей! Передать ей и кого? Катерину! Которая только что жизнью рисковала, его спасая. А не просто, как царевна Елена, нажала носком туфельки на пружину хитрого капкана, в который он тогда попал. Волк начал звереть от мысли, что кто-то посмел даже подумать так о Кате! И требовать «привези мне её»!
— Волк, да плюнь на неё и забудь и не зверей так. Ну, попался ты такой особе, бывает. Так ведь вырвался! И теперь свободен как ветер! – Катерина заметила и вздыбленную шерсть и красноватые огоньки в глазах, и правильно поняла опасные признаки.
— Да, теперь я действительно свободен! – выдохнул Волк, к которому вернулось прекрасное настроение. – А что это мы тут делаем? – уточнил он, осмотрев островок.
— Разговариваем, ты разве не видишь? – рассмеялась Катя, — Хотя, можем ещё и поплавать, а то каникулы у меня вроде как, а я все по лесам да болотам…
Жаруся, зависшая в небе далеко от маленького песчаного островка, и наблюдающая Катерину, которая с наслаждением плавала, и Волка блаженно валяющегося на песке, раскинув лапы практически на весь островок, радостно сама себя похвалила! – Хорошая была идея, все объяснить девочке. Наконец-то этот баран, перестанет быть бараном, и станет нормальным Бурым Волком! Ах, прямо приятно, змея-то наша Елена так и осталась ни с чем. – она плеснула сияющими крыльями по тугому потоку воздуха и унеслась к Дубу.
Прочесть книгу полностью можно здесь:
https://www.litres.ru/olga-stanislavovna-nazarova/po-tu-storonu-skazki-doroga-v-tuman/