...По комсомольской путевке я ездил еще несколько раз в литературные командировки, стараясь выбрать путешествие туда, где сам по себе я бы никогда не оказался.
Чтобы уж более к этим поездкам не возвращаться расскажу историю, полную своеобразного советского абсурда. Через несколько лет после Амура я обнаглел окончательно и решил за комсомольский счет добраться до Камчатки. Тогда для полета на далекий полуостров требовался специальный пропуск. Но у нас с поэтом Олегом Левитаном все получилось и мы до Камчатки добрались. Из Петропавловска нам удалось живыми доплыть по Тихому океану до Усть-Камчатска, цунамоопасного места, подняться по реке Камчатке до поселка Ключи. Вокруг этого поселка расположились самые высокие в Азии действующие вулканы. Ключевская сопка, к примеру, - 4 тысячи 750 метров. Ключевской вулкан дымил. Толбачик, Безымянный строжились. Земля под ногами вздрагивала. Красная рыба нерестилась со страшной силой. Нам даже удалось устроиться помощниками в вертолет, который летел к гляциологам на Ключевской. Мы грузили дрова, а затем эти дрова на леднике вулкана разгружали. По диким лиственничным лесам долины реки Камчатки мы с Олегом побродили без чрезвычайных происшествий, но с максимумом впечатлений. Все это отдельный рассказ, не имеющий, вроде бы, отношения к моим программам. Но с другой стороны он же и характеризует жизнь тогдашнего литературного Ленинградца.
Короче, вернувшись домой, я подготовил очерк для журнала “Костер” под названием “Эмемкут - сын Кутха”. Кстати вспомнить, в пионерский «Костер» начинающему автору было проникнуть легче. Там и Сергей Довлатов работал, и многие другие прирабатывали. В «Костре» я одно время вел спортивную страничку под названием «Кузнечик»… Впрочем, не стану отвлекаться и вернусь к очерку. В назначенный день получаю гонорар и свежий номер пионерского журнала. По дороге домой, начинаю разглядывать свою публикацию - к названию очерка художник отчего-то нарисовал чукчу, оленей и нарты. Да и редактор, Валентин Михайлович Верховский, замечательный дядька со странностями, приписал от моего имени вступительную фразу: ”Сбылась мечта моего детства! Наконец-то я оказался на Чукотке.” Я в ужасе прочитал, подписанный мною очерк, до конца. Вулканы, поселки и реальные люди на месте, но везде слово Камчатка исправлено на слово Чукотка. Вся эта галиматья шла под шапкой “Наша Родина - СССР”.
Во времена грузинского генсека Джугашвили за такие шалости можно было угодить на ту же Камчатку-Чукотку в воспитательных целях. Но времена изменились, и все обошлось. А вот и объяснение случившегося: я принес Верховскому для проверки камчадало-юкагирских названий томище “Сказки и мифы народов Севера”. Редактор зачитался чукотскими сказками и... внес в мой текст Чукотку.
Автор может быть и часто бывает дураком. Редактор - тоже. Художники - могут. Ответственный секретарь, главный редактор, корректор, цензор и т.п., все, кто читает текст перед печатью, - запросто! Но чтобы все вместе не знали, что на Чукотке нет вулканов - это особое достижение.
Правда, несколько миллионов читателей “Костра” прочли мою подпись. И в редакцию пришло много жалобных писем от камчатских пионеров, а желчные и ядовитые письма шли от редакторов провинциальных газет – поймали центральной издание на глупости.
В редакции все объявили друг другу по строгому выговору, а мне не дали обещанной первоначально премии за лучший материал номера. На некоторое время за мной закрепилась прозвище – Рекшан-Чукотский. Сейчас же на изданиях экономят, корректоры читают без должного внимания, ошибок в книгах появляется много. И почти никого это особо не волнует.
Продолжение тут
- Спасибо, что дочитали до конца! Если тебе, читатель, нравится, жми палец вверх, делись с друзьями и подписывайся на мой канал!