в заметке есть один спойлер не к одному фильму.
Надо сказать, что отношение к картине, которая сегодня является главным претендентом на кучу Оскаров, не задалось у меня еще два месяца назад. После первого трейлера, как сейчас помню, увиденного в кинотеатре «5 звезд на Новокузнецкой», я машинально положила будущего любимчика всякого рода академий на полку того, что точно не буду смотреть, по крайней мере по доброй воле - «очередной ничем не примечательный фильм о войне», упаси господь, там еще будут сцены сражений в рапиде. Подоспевший наградный сезон, где среди номинантов (и что интереснее - победителей) оказывался тот самый непримечательный фильм, заставил меня не то, чтобы пересмотреть приоритеты, но по крайней мере навострить ушки, в которые многие уважаемые люди пищали о гениальности и техническом чуде съемки истории на фоне военных декораций одним кадром. Деваться некуда ни мне, ни моей предвзятости - пошла.
Два молодых парня с красивыми лицами, одно из которых принадлежит Дину-Чарльзу Чепмену - принцу Томмену из «Игры престолов», буквально в первые минуты фильма получают от Колина Ферта задание: доставить приказ об отмене наступления британской армии на одном из фронтов. Эта важнейшая миссия, способная оставить при руках и ногах сотни здоровых парней, изначально была обречена: во-первых, невыполнимый срок; во-вторых, изрядно набравший в щеках и пузике бывший Ланнистер запыхался еще на первых ста метрах местной траншеи, а капрал постарше проткнул руку колючей проволокой на выходе из нее же. Так или иначе, мы отправляемся в путь вместе с героями во имя мира на земле. Единственное, где действительно хорошо лег и сыграл этот нашумевший эффект съемки одним кадром - ощущение присутствия. Персонажи, сюжет и камера двигаются одновременно, быстро, и мы, как зрители, словно плетемся где-то не то сзади, не то сбоку. Это интересно, но похоже скорее на аттракцион, нежели на фундаментальную вещь о Первой мировой. Серьезно, наш Сокуров снимал свой «Русский ковчег» точно также - без единой монтажной склейки почти двадцать лет назад, а его ученик - Александр Золотухин, дебютировал с трушным фильмом о той же войне «Мальчик русский», который стартует в российском прокате со следующей недели. «Мальчик русский», при своей скромности и отсутствии звездных имен, проникает в тебя на уровне кожных пор и намного больше претендует на авторское высказывание, чем работа Сэма Мендеса, уже забравшем «Золотой глобус» за режиссуру. Первая мировая у Золотухина куда более телесная, неприятная и щиплет на пальцах; в «1917» я не могла отделаться от мысли насколько лощеные здесь крысы и правильная грязь, что делает просмотр легким и приятным, в то время как «Мальчик русский» при в два раза меньшем хронометраже подкидывает непростой для восприятия киноопыт.
Вернемся в удобное сидение лихого аттракциона (далее - спойлеры). Полюбовавшись срубленными, но цветущими вишневыми деревьями и выдав глубокую фразу о том, что косточки опадут и после войны прорастут, сделав бывший сад еще пышнее, один из героев сходит с дистанции по причине нелепой смерти. Отмечу, что я смотрела уже три фильма с Дином-Чарльзом Чепменом и трижды его персонаж умирал приблизительно на середине истории («Игра престолов», «Король» и сам «1917») - Шону Бину стоит бояться за свое звание человека-спойлера. К слову, о правителях севера. Погибший капрал Блэйк так беспрекословно и не раздумывая взялся за максимально опасную миссию, потому что в полку, который нужно было спасти находился его старший брат в исполнении Ричарда Мэддена (Робб Старк из «Игры престолов») - хештег спасибо мендесу за мэддена. Его появление для меня было неожиданным и самым приятным в фильме (хоть и продлилось не больше 5-ти минут), но главное - код красный, повторяю: код красный! - старший Старк является братом младшего Ланнистера, Мировая война это вам не заварушка Семи королевств, тут даже Холмс и Мориарти объединятся. Постойте-ка! Так вот же - за одну команду играют Эндрю Скотт (самая веселая часть фильма, несмотря на шутки про мастурбацию после) и Бенедикт Камбербэтч. У них, как и у всех второстепенных персонажей, на роли которых пригласили известных британских актеров (еще одна франшизная пара, например, это Марк Стронг с уже упомянутым Колином Фертом, спасавших планету на секретной службе в «Kingsman»), экранного времени кот наплакал и никто не появляется больше одного раза, что добавляет карусельности всему происходящему.
Шутки-шутками, особенно те, что я позволяла себе в заметке, но мне категорически не нравится идея превращения исторических событий с черными метками на теле всего человечества в поле для технических причуд и экспериментов. Отсюда ноги растут у моего изначального отрицательного настроя. Оркестровая музыка, хорошая, бесспорно, добавляет фильму чего-то от «Пиратов Карибского моря» - вовлекающего приключенческого духа, который тоже, лично мне не совсем комфортно ощущать в военной картине на серьезных щах. Я искренне не понимаю, за что «1917» номинировали на все возможные премии в категории «оригинального сценария» (с «лучшим фильмом» и вероятной здесь победе - я уже смирилась), когда кино собирает на ниточку настолько типичные для «очередных» картин о войне вещи, рассчитанные на нашу эмоциональную подключенность, типа мертвых коров и собак, женщины с ребенком, ампутирующихся ног в госпитале на открытом воздухе; что совсем ничего не удивляет и не трогает. Об авторском высказывании вообще речи не идет, либо я надела очки не той стороной и ничего не увидела. У многих, например, получается, поэтому идти и смотреть, составляя собственное мнение. Мое умещается в два слова: смешанные чувства.