Рассказ ветерана Отечественной войны
В эти минуты он вспомнил старую легенду, рассказанную ему седым высоким стариком — верховинцем. Легенда повествовала о том, что если «чужие люди» заходили в карпатские горы, то обратно они уже не выходили, а там и погибали. Таков уж обычай у гор...
Григорий вспомнил это и невольно засмеялся. Как же так? Он исколесил чуть ли не все Карпаты, исходил осторожным шагом разведчика почти все горные тропинки, взбирался на каменистые вершины и остался жив! Да не только жив, а вот стоит сейчас на Красной площади, на Параде победителей, и ему приветливо улыбается великий Сталин...
И радостно было Григорию сознавать, что он нес в Карпаты свободу и правду. Народ хорошо понимал это и встречал бойцов, как гостей. Тот же старик на прощанье сказал разведчику:
— Вы другого роду-племени. Вы — не чужие, а свои люди. Вы правду принесли...
И то, что разведчик Григорий Шекера был предвестником правды и свободы, что он обладал важным секретом — «особым чутьем разведчика», которое потом командир полка назвал просто «воинским уменьем», помогло ему, парню из Нежина, невредимым пересечь все горы, стать героем Карпат, кавалером девяти орденов...
Радовалось сердце Григория. Ночка на этот раз выдалась на редкость темная, как говорят, выколи глаз — не видно. Взяв с собой друзей — сержантов Симоненко и Галкина, Шекера привычным, бесшумным шагом разведчика направился в горы. Здесь он ходил накануне и успел цепким глазом, следопыта заприметить все тропы, овраги, кручи. Григорий шел быстро, и друзья еле успевали за ним.
На повороте горной тропинки он остановился, лег на дорожку, прильнув ухом к земле, и стал вслушиваться. Слух никогда еще не подводил его. Глухое металлическое позвякивание было слышно слева. Туда и повел Шекера своих спутников. Гора была крутая, сыпучая. Неопытный человек давно бы уже слетел в пропасть.
Но Григорий уже познал тайну гор. Он на всякий случай захватил обрывок веревки. И сейчас она спасала разведчиков. Григорий, идя первым, забрасывал веревку вверх. Конец веревки обвивался вокруг дерева, и Шекера, держась за нее, быстро поднимался на кручу. За ним таким же способом поднимались Симоненко и Галкин. Уже чувствовалась смертельная усталость, пот с лица катился градом. Далеко ли еще? Скоро ли? Григорий же не думал об этом. Далеко ли, близко ли — все равно. Приказано взять языка на высоте, и туда надо добраться. Такое уж у Шекеры правило: он брал языка любой ценой с того «пятачка», на который ему указывал командир...
Вот и траншеи врага. Три немца лежат возле пулемета, поочередно посматривая по сторонам. Попробуй-ка сунься — ошпарят огнем. И тогда Григорий стал придумывать хитрый маневр...
Он подполз к немцам метров на 50—60. Но нападать еще нельзя. И разведчик настороженно лежал, не шелохнувшись, будто прирос к земле, как старый горный камень... Так продолжался час, другой, третий. Казалось, не выдержать этого, но Шекера заранее подготовил себя ко всем неожиданностям.
— Учись, тренируй себя, и всего можно добиться,
— нередко говорил он своим товарищам.
Зоркий глаз Григория настороже. Вот он видит, как к пулемету приблизился офицер. Он немного поговорил, а потом отозвал пулеметчиков из окопа в сторону и стал указывать на что-то в лощине. Григорий этого и ждал. Словно могучий барс, одним прыжком он очутился в окопе. Пулемет немцев в его руках! И когда немцы решили возвратиться в окоп, они увидели перед собой ствол пулемета. Шекера грозно крикнул:
— Хальт!
Четыре «языка» были приведены к командиру полка. Григорий Шекера пошел отдыхать в тень деревьев, чтобы на следующую ночь снова итти за «языками». Таков уж трудный, но исключительно увлекательный труд разведчика.
Не всегда так «мирно» проходила разведка. Иногда завязывались такие бои, что неопытный человек сразу мог сказать, что здесь действует целый полк.
Так произошло в одной горной деревушке под Моравской Остравой. Разведчики заметили в отдельном домике трех немцев. Григорий Шекера, подойдя тихо, заскочил со своей группой в дом. Одного немца удалось схватить.
Но что такое? Словно шмели, зажужжали десятки автоматных очередей. Григорий, выглянув в окно, заметил вокруг дома засаду немцев. Это была «ловушка», в которую попали разведчики. Григорий залег. «На хитрость надо ответить хитростью» — решил он. По сигналу Шекеры разведчики быстро залегли у окон, и автоматными очередями пригвоздили немцев к земле. Завязалась огневая перепалка. А тем временем Григорий собрал к двери все гранаты. Затем по его команде бойцы рванулись к дверям и одновременно стали забрасывать гранатами немцев, которые лежали недалеко от дверей. Разведчики рванулись вслед за разрывами гранат, таща за собой «языка». Они сразу же бросились в лес, а там, как говорят, ищи ветра в поле...
В другой раз группе старшины Шекеры было поручено взорвать очень важный горный мост в тылу врага. Шекера под утро привел своих орлят к мосту. С двумя разведчиками, обойдя часовых, он незаметно подполз к стропилам моста и заложил взрывчатку. Вскоре мост рухнул. Немцы, услышав о взрыве, отрядили в погоню за смельчаками роту. Десяток разведчиков и целая рота! Но и тут Шекера нашел выход. Он оставил небольшую группу автоматчиков, которая сдерживала натиск немцев, а остальные тем временем стали уходить на высокую скалу. Вот они взобрались на нее, установили там пулемет. Теперь ни один немец не пройдет! Так разведчика и ушли от преследования. А по дороге Григорий Шекера, как бы невзначай, прихватил немца, зазевавшегося на горной тропинке. Это был 46-ой «язык», взятый отважным разведчиком в Карпатах. А сколько убито — трудно подсчитать. Об этом знают только карпатские горы.
Вот почему разведчик Григорий Шекера носит девять орденов. Вот почему ему выпала честь пройти по улицам нашей столицы на Параде победителей.
Капитан М. СТЕПИЧЕВ