Гималаи удивительны сами по себе. Но было бы ошибкой думать, что в Непале нет других поводов вскинуть брови от восхищения. Где-то здесь, в горах, бродит снежный человек йети. В складках местности прячутся аскеты и отшельники. Колдуны и шаманы устраивают свои шабаши. Здесь есть даже законсервированное во времени запретное королевство, куда не так просто попасть инородцу. Или, например, самое настоящее министерство культуры и его подразделение – Академия изящных искусств Непала. Слева горы, справа горы, спереди и позади тоже, а посреди них оно – министерство с академией. С этим чудом нам с Жушманом и довелось соприкоснуться.
Мы стояли посреди выставочного зала академии и изучали цены на картины. Все произведения написаны членами художественного профсоюза и служащими госучреждения. Холсты примерно по одной баснословной по местным меркам цене – 200 – 300 долларов.
Появившаяся в дверях группа академиков представляла из себя подвижную кучку мужчин зрелого и перезрелого возраста. Мы были представлены как документалисты из России. И физически почувствовали как по выставочному залу прокатилась волна уважения. Она отражалась от картины к картине, от ценника к ценнику.
Академики сгрудились в суетливую делегацию вокруг, снабдили нас изрядным количеством печатного материала – своими визитками, жадно растрясли наши руки и предложили приступить к заседанию в зале для совещаний.
За круглым столом “п”-образной формы мы с Жушманом рассазали цель своего визита. Сначала, в соответствии с правилами международной дипломатии, мы несколько раз признались в любви к Непалу, рассыпались во всевозможных благодарностях, используя для этого самые незначительные поводы, и выразили надежду на взаимопонимание и конструктивное сотрудничество.
Нам с Жушманом и правда нравится. Непал. Мы собираемся устроить себе веселенькую зиму в Гималаях – затеряться на пару снежных месяцев в горах и снять там видео. Мы как две ищейки суем свои носы во все норы на пути. Нас интересует всё. Интересные и необычные места, люди, события. В исследовательскую работу включены все, кто хоть как-то с нами соприкоснулся. Тётушка одного из наших новоявленных приятелей оказалась госслужащей с должностью. И организовала экскурсию в творческую кузницу Министерства Культуры Непала – Академию Изящных Искусств.етский приют во дворе академии
Деятели непальской культуры занимают половину столетнего дворца бывшего премьер-министра страны. Академики делят его с детским приютом и еще парочкой мелких госучреждений. Бывшие бальные залы превратились в выставочные, спальные комнаты в мастерские, приемные в кабинеты художников и скульпторов.
Вдруг все слова оборвались. Зал для заседаний заполнил умопомрачительный запах еды. Из дверей выплыли две женщины в униформе с огромными тяжелыми тарелками с традиционными момо. Так называются непальские пельмени в виде вареников.
Хлебосольные академики оживились. Но нам с Жушманом пришлось подвергнуть гималайское гостеприимство серьезному испытанию. Мы наотрез отказались прикоснуться к еде – ведь мы травоядные.
Пару академиков впали в легкое онемение. Над столом мирных переговоров нависла черная туча. Послышался негромкая ремарка председателя заседания: “для кого старались – для вас старались!”
Неловкая пауза растаяла с первым аппетитным причмокиванием. Ответственным работникам культуры ничего не оставалось как заесть шок от своего чудовищного, по азиатским правилам гостеприимства, промаха. Один за одним непальские момо исчезали с тарелки. Беседа приняла приятное направление. И служители муз, с не меньшим аппетитом, с которым пережовывали мясо, засыпали нас вопросами.
Когда добрались до того, где мы живем, и узнали, что на Улице фриков – председатель, жующий непальский пельмень, снова взял слово.
— Это вот там где за углом был Гашишный Дворец?
— Да! Да – единогласно поддержали академики. И было не понятно от чего больше они получают сейчас удовольствие. От умопомрачительных момо или воспоминаний о своей хиппарской молодости?
Freak Street – не просто официальное название примыкающей к Площади Дурбар улицы. Это наиболее органичное название для нее. Там раньше писалась история глобального Хиппи-движения. Здесь в Непале оно пустило глубокие корни. Да и сейчас эти места в Гималаях не утратили своей притягательности для детей цветов. Короче, травы здесь выше крыши.