А я только что отдал в редактуру второй в жизни перевод художественной книги. Йуху! Впечатления от предыдущей работы ТУТ. От второй книжки удовольствия я получил не меньше, а вот авторские косяки собирать по всей книге не пришлось. Потому что вторая книга - полицейский боевик! И немного детектив.
Перевод книг - это отличная возможность закопаться в специфические знания. Например, в этой книге преступления были специфичными и совершались отчасти в интернете - чтобы было интереснее читать. Новые технологии, все дела, автор объясняет странные термины разинувшей рты публике. А мне приходится разобрать досконально каждую фишечку, найти источники и проконсультироваться с друзьями, которые знают, "как это будет по-русски". Иногда я чувствую себя ищейкой, которая идет по следу и видит следы на песке и поломанные ветки: вот через эту статью в Википедии автор продрался, а потом заглянул вон в ту книгу - в тексте остаются намеки на это.
Книжка про даркнет попалась, кстати, замечательная, вполне рекомендую в качестве развлекательного чтива: Джейми Бартлетт, "Подпольный интернет". Почему развлекательного? Это типичное журналистское расследование, со всеми сильными и слабыми сторонами. Про технологии и конкретные программы доступа почти ничего - это и понятно, кому охота попадать под непредсказуемые санкции государственной машины? Зато автор под лупой рассматривает странных обитателей мира цифровой невидимости: ультраправых террористов, девочек со стриминговых сервисов, борцов киберпанкового фронта, создающих криптовалюты. И расследует такие острые для Запада (а в России пока второстепенные, без них веселья хватает), как буллинг, хейт-спич, клубы самоубийц (помните городскую легенду про Синего Кита, да?). Короче, пока переводил развлекательный текст, который можно осилить за длинный перелет, к примеру, набрался экспертного знания на пару конференций.
Но самая моя любовь в художественных переводах - это сленг. Ну часто вы в Питере общаетесь с мексиканскими наркокартелями или четкими черными пацанами из Бронкса? То-то же. А язык - мякотка, и в книгах хорошо передан. В этот раз я натклулся на до боли знакомое по работе, давшей название сему паблику: сленг федералов и полицейских. Преступника флоридские копы называют, по мнению автора, unsub, то есть "undetected subject". В переводе мы оставили это почти без изменений - такая вот экзотика, получите-распишитесь.
А вот копы старой закалки используют perp, сокращение от perpetrator. И это слово заставило меня прослезиться от умиления. Я тут же вспомнил, как питерские менты любого, кто оказывается в отделении, любовно окрещивают "злодеем". Будь то подозреваемый, свидетель или чувак, который кран пришел залатать. Хорошо, не "супостат". От этого обращения веет таким уютом, что даже на минуту забываешь, что в соседнем кабинете кому-то, может, почки отбивают, а месяц назад во Фрунзенском суде и вовсе подсудимого зарезали в перерыве между заседаниями. И про то, что кто-то безуспешно пытался покинуть Омск. Короче, нравится мне это слово и я очень хотел ввернуть его в текст, тем паче что в одном разговоре старая и новая школы противопоставляются, противопоставляются именно через unsub и perp. Да вот беда, переводил я не первую книгу в серии, а в уже напечатанных книгах на месте perp банальное "преступник". Короче, переводчик - это такой демиург с крайне ограниченным правом доступа, на пол-Фёдора.