Патетика как чувственность в условиях эмоциональной скупости
Маленькая заметка из критического анабиоза. Задумался тут о механике пафоса: почему в одних фильмах зубосводящая торжественность с рапидами и героическими смертями норм, а в других — посмешище и сентиментал порн.
Для начала сырая теория о, так сказать, механике. Пафос присущ фильмам отстраненным: эпическим по размаху, то есть рассматривающим человека с высоты божественного взора или с тз стихии (как в «Прометее» или «Дюнкерке»), — или эмоционально сдержанным, в той или иной степени маскулинным (все эти герои без имени, прошлого, ярких чувств и мимической нагрузки вроде тех, на кого похож Мандо из «Мандалорца»).
Патетика в таких фильмах и сериалах высвобождает залежи эмоций, в избранных сценах сообщая право на эмоции и чувственность. Такими хлопками они выходят, например, в «На гребне волны», где весь теншн между героями содержится в визуальном решении: вечная истерика дождя и высоких волн рифмуется с неоправданными разговорами на повышенных тонах (между Ривзом и Макгинли), полуфантомный роман Юты и Боди находит отражение в непривычной для брутального боевика телесности (сравните с тем, как показаны герои в «Схватке» — ни капли сексуальности), а также в гомосексуальных намеках; наконец, драматические сцены имеют как раз патетический выход: все эти сцены под дождем, выстрелы в небо, долгие взгляды.
Мне кажется довольно любопытной мысль, что пафос — это чувственность в условиях эмоциональной скупости, отстраненности от собственных переживаний, которая так плотно укоренилась в фильмах конца XX века и частично возвращается сейчас — в связи с тоской по 90-м и поп-культурной химерой, что можно ничего не чувствовать, а просто идти к цели («Таков путь»). (Формально оговорю, что какие-то эмоции герои, конечно, испытывают, но чаще всего — не проявляют, речь о насупленной внутренней жизни, о которой мы привыкли только догадываться.)
В конце, наверное, нужно ответить на риторический вопрос — когда патетика срабатывает, а когда вызывает смех; хотя это и явно субъективный эффект, который может разниться от случая к случаю, даже если мы возьмем одного зрителя и один фильм (проще говоря — пафос срабатывать в первый раз, но может не оказывать нужный эффект во второй/третий просмотр — или наоборот).
Ключевую роль тут, вероятно, играет вера в предложенную скупость: выглядит ли она как следствие изнуряющих, травматических, суровых обстоятельств — или напоминает сценарную ленность, где любая эмоция мешает функциональному существованию героев в кадре (то есть персонажам нельзя страдать буквально, но они совершают действия, которые подразумевают мощное эмоциональное воздействие).
*идет дождь, играет торжественная музыка, все умирает в рапиде*