Начало Продолжение Часть 3 Часть 4 Часть 5
Часть 6 Часть 7 Часть 8 Часть 9 Часть 10 Часть 11
Часть 12 Часть 13 Часть 14 Часть 15 Часть16 Часть 17
Часть 18 Часть 19 Часть 20 Часть 21 Часть 22 Часть 23
Но – проходили дни...проходили ночи... Марикино предсказание, что ...оттает Андрей... не сбывалось. Подрастала дочка – живой портрет Андрея, его гордость, его несказанная любовь. Марике было уже четыре года. Она знала, что у неё – самое красивое имя. Знала, что она – папина дочка. Что больше всех на свете папа любит её, свою Марику... Папа бежал со службы – к ней. Лучшие, немыслимо красивые платьишки – где только брал такие! – доченьке, Марике. А куклы!.. Андрюха так научился разбираться в куклах, так серьёзно, подолгу выбирал их, что Мишка смеялся. А сам, если честно, завидовал...
Девочка...дочка... Мишка эти дни ходил, не дыша. Боялся расплескать... тайную-претайную... тайну. Недавно ночью Марика прошептала под его ласками:
- Мишенька... Я...рожать от тебя хочу... я хочу...от тебя рожать...
Мишка замер. Осторожно прижал к себе жену.
-Маленькая моя... Это же... больно...
Марика молчала. Улыбалась. Мишка не дышал – слушал её дыхание... И теперь – лишь выпадала среди дня секундочка, Мишка прикрывал глаза:
- А...вдруг...девочка...дочка...
Вспомнил, как Андрюха, оказываясь в магазинах, первым делом бежал к товарам для девочек. Надоедал Мишке, показывая десятки бантиков, заколок, ещё каких-то девчоночьих штучек. Требовал совета. Мишка однажды взмолился:
-Андрюха... Ну я ж не знаю...У меня ж пацаны...
А сам, втихомолку улыбаясь, представлял, как...будет так же выбирать...своей дочке...
Андрей трещал без умолку: Марика... мы с Марикой... У меня Марика...Моя Марика...
Марика у Андрюхи уже читала и считала. И вообще – она у него всё... Он мог рассказывать об этом часами. Михаил радовался такому простому счастью друга…
...Сашенька пробовала звать дочку просто Машенькой. Когда впервые назвала так девочку, Марика с каким-то недетским удивлением посмотрела на мать и – не откликнулась... И никогда не откликалась на имя Машенька. Не капризничала, ничего не говорила. Просто – отворачивалась.
Дочка, Марика, оставалась единственным счастьем капитана Ермакова. Всё глубже и неизбывнее становилась печаль в Сашенькиных глазах. Всё холоднее - вежливость во взгляде Андрея... А при случайных встречах с Марикой...время – непостижимо-счастливо! – словно возвращалось назад...
Однажды капитан Ермаков долго засиделся за работой. Марика спала, и Андрей, как всегда, часто заходил в детскую, склонялся над дочкой, прислушивался к её тихому, спокойному дыханию, улыбался.
Сашенька ещё не ложилась. Стояла у окна, безотрывно смотрела на море.
Потом негромко сказала:
-Я уезжаю. Завтра.
Ермаков, не отрываясь от бумаг, с поразившей Сашеньку незамедлительностью ответил:
-Как хочешь.
-Я...навсегда… – прошептала Сашенька.
Андрей поднял глаза:
- Как хочешь. Дочка останется со мной.
Поднял руку:
- Всё.
Утром, как всегда, по дороге на службу, отвёз Марику в детский сад. А когда вечером они вернулись домой, Сашеньки уже не было...
Мишка беспомощно разводил руками, ругался на чём свет:
- Ну, вот что ты теперь будешь делать…умник?...ну как ты с девчонкой будешь один?.. Да ей же мать нужна! Это же – девочка!!!
Андрей устало отмахивался:
- Она и раньше со мной всегда была... Справимся, Мишка...
-Да что ж у тебя... всё не как надо, Андрюха? – с горьким отчаянием, жалея друга, спросил Мишка.
Андрей посмотрел на него долгим взглядом. Мишка поразился: в серо-синих Андрюхиных глазах...сквозь страшную тоску...был виден...тот берег...тихо плескались волны, качались звёзды...Марика... тоненькая, смуглая... длинные распущенные волосы...
- Прости, Андрюха, - прошептал капитан Скворцов.
- Это ты...прости меня, Мишка... – тихим эхом отозвался капитан Ермаков.
Пришлось взять няню. Но Андрей старался справиться сам. Марика серьёзно спросила:
- А мама?..Она скоро приедет?
Андрей немного растерялся. Как-то само собой вырвалось:
- Думаю, да. Скоро. Знаешь, дочка...Мама устала. Ей надо отдохнуть. Пусть отдохнёт. А мы пока с тобой сами справимся. Да?
Марика кивнула.
- Я буду помогать тебе, папочка. И няне Оле. Я же всю умею. И мы будем ждать маму.
Как-то утром няня Оля задержалась. Капитан Ермаков торопился. Вообще-то, он умел заплетать Марикины косички – у девочки были густые русые волосы – но сегодня было некогда, и он просто причесал дочку. Целый день досадовал: ну, не годится же...незаплетенные косы...Ругал себя, извёлся весь. На Мишкин вопрос ответил:
- Марике... не успел заплести...косы...
Мишка обалдело смотрел на друга. Нет, конечно, он, Мишка, всё понимал. Но – чтобы целый день из-за этого страдать...
Вечером Андрей полетел в садик. Дочка выбежала навстречу. Её длинные волосы были заплетены так красиво и аккуратно, что Андрей облегчённо вздохнул, залюбовался:
- Нина Владимировна заплела?
Марика покачала головой:
- Нет. Нина Владимировна так не умеет. Тётя Марика заплела. Ещё утром, когда Андрюшку привела. Тётя Марика сказала, что я у тебя самая красивая!
Андрей крепко прижал к себе дочку...
На днях они с Марикой встретились у подъезда. Андрей замер: тоненькой Марике так шёл... заметно округлившийся животик... А Мишка молчит. Просто светится тихим счастьем... Капитан Ермаков понимал: молчит Мишка, чтобы не сделать ему, Андрюхе, ещё больнее...
А Михаил опять страшно тревожился за Марику. Был счастлив от её признания: я...хочу от тебя рожать... Саню Марика родила в неполные восемнадцать лет... И только через пятнадцать лет у них родился Андрюшка... Сейчас мальчишке четыре. Тоже ждёт сестрёнку. Приходит из садика – и целый вечер рассказывает про подружку, Марику... Дочку капитана Ермакова...
...Мария Васильевна Скворцова работала уже заведующей отделом образования. По-прежнему тоненькая, хрупкая, надевала свободные платья – никто, кроме близких, не знал о её беременности. А в родильный дом забрали её прямо с работы. До чего удивились сотрудники, когда к вечеру узнали, что Скворцова родила... двоих дочек!..
А Мишка просто ошалел от счастья. Не сдержался, из всех сил стиснул Андрюху в объятиях. Виновато-радостно сказал:
- Андрюха... Марика родила...
Ермаков улыбнулся:
- Дочку?..
- Андрюха...Двоих...дочек... Двоих!...Как она, такая маленькая... тоненькая... рожает их?..До сих пор не пойму, Андрюха...
Девочек назвали Татьяной – как Мишкину мать, и Полиной - как Марикину...
Как-то поздним вечером – Марика уже спала, няня ушла, Андрей внезапно почувствовал тоску… Она накатывала с какой-то неумолимой силой, сжимала сердце. Сашенька… не сразу, вот только сейчас, заметил Андрей, что дома пусто без неё. Не видно её расчёсок-заколок, кофточек, халатиков… Ещё каких-то девичьих – она же…совсем девочка, Сашенька… – вещей. Она всегда так старалась нравиться ему…
Конечно, хозяйством она почти не занималась. Как и дочерью. Казалось, всё ждала, когда…он, Андрей… полюбит её. Всё откладывала – хлопоты по дому, заботу о дочке. Всё это – потом, потом… Откладывала с какой-то одержимостью. Сначала – его, Андрея, любовь… Сначала – дождаться…его любви…
Андрей приходил со службы – а ему навстречу Сашенькины глаза с отчаянной надеждой…А вдруг…сегодня… Вдруг сегодня холодная вежливость в его глазах сменится хоть каким-то интересом к ней, Сашеньке… Но… где же взять… любовь… если… нет её…нет…
Андрей подошёл к окну. В тот вечер Сашенька долго здесь стояла, смотрела на море… Андрей подумал, как тяжело было ей решиться на этот шаг… на отъезд… Как трудно было сказать об этом… Любви нет – это капитан Ермаков знал твёрдо. Но сердце почему-то сжималось, когда вспоминал Сашеньку. Наверное, всё же сроднились за эти годы…
С улыбкой вспомнил: недавно вместе с Мишкой заходил Саня. Как быстро летят годы!.. Ещё вчера Саня был пацаном- нахимовцем, а сейчас – без пяти минут лейтенант флота. Как тогда они с Мишкой… В то лето…
С капитаном Ермаковым Саня по-прежнему был холодно-сдержан. Коротко и вежливо отвечал на вопросы. Лишь когда смотрел на маленькую Марику, глаза его теплели… В этот раз он долго и забавно играл с Марикой, брал её на руки, легонько подбрасывал, смеялся:
- Что, морячка, не страшно?..
…Возвращались из садика. Шли медленно – у отца с дочерью был очень откровенный разговор. Марика забегала вперёд, рассказывала:
-Знаешь, папочка… Знаешь… Андрюшка…Он такой хороший! Он самый лучший у нас в группе! Самый красивый…И он, знаешь, папочка, он всегда заступается за меня и жалеет меня, ну прямо как ты…
Андрюшка…Андрюшка… Марика счастливо щебетала, Андрей серьёзно, понимающе кивал, пряча грустную улыбку…
Продолжение следует…