Начало истории здесь.
Серая, неприметная, тонированная «девятка» юрким ужом влетела в город. Ловко лавируя на узких улицах между пафосных мерседесов и брутальных джипов, чудное творение отечественного автопрома неслась по одной ей ведомому маршруту. Алексей привычно управлял автомобилем, изредка поглядывая в зеркало заднего вида. На заднем сиденье, понурив голову, сидел полностью разбитый и сломленный «Емеля». Пережитый в лесу ужас сделал его очень разговорчивым. Он много чего рассказал оперативнику. Слишком. Бандит отлично понимал, что если Фёдор узнает о событиях прошлой ночи, а также о его болтливости, то он не на много переживёт Григория. Следующий труп будет его, Емели.
Ермолай Викторович поднял глаза и с ненавистью посмотрел на оперативника. Всё из-за него. Как же он его ненавидел. Но пережитый страх ни куда не ушёл. Емеля одновременно и боялся и ненавидел полицейского. Тот же, в свою очередь, неожиданно взглянул в зеркало, поймал взгляд Емели и приветливо ему улыбнулся:
- Ну что, Ермолай Викторович, устал, наверное, за ночь. Ни чего, сейчас высажу и иди, отдыхай. Но есть одно маленькое дельце.
Алексей остановил машину возле своего дома, из которого несколько часов назад выводил Емелю. Бандит принялся испуганно озираться по сторонам, не понимая, что задумал непредсказуемый полицейский.
- Ну что ты, Ермолай Викторович, выходи не бойся. Ночью же не боялся, сейчас то чего тушуешься?
Емеля нехотя вылез с заднего сиденья автомобиля и зашёл в знакомый ему подъезд. Алексей шёл позади него. Они поднялись к квартире полицейского, и Алексей нажал кнопку звонка. За дверью послышалось шевеление, но Катя не торопилась открывать. Наученная горьким опытом, девушка внимательно изучала в глазок звонившего. Убедившись, что за дверью Алексей, Катя открыла дверь и прыгнула к нему в объятия.
- Малышка, ну всё, всё, подожди, я не один.
Девушка взглянула ему за спину и с ужасом для себя увидела Емелю, скромно прислонившегося спиной к стене.
- Катя, Ермолай Викторович очень хотел извиниться за своё некорректное поведение, - улыбаясь, проговорил Алексей и повернулся к бандиту, вопросительно посмотрев на него.
- Да, - сконфужено пробормотал бандит, - Непоняточка вышла, не прав был. Катя прости.
- Ну, продолжай, - подтолкнул Алексей бандита.
- Больше такого не повторится, - вновь пробормотал Емеля, низко опустив голову.
- Вот и хорошо! - Алексей повернулся к девушке, - Катя, приготовь, пожалуйста, что-нибудь перекусить, со вчерашнего дня ни чего не ел. А я пока нашего гостя провожу. Ему уже пора.
Оперативник с погрустневшим Емелей спустились вниз.
- Ну зачем ты так, Алексей Сергеевич? - с укоризной начал осторожно возмущаться бандит, - Заставил меня перед бабо… девушкой извинятся. Я же не пацан какой-то.
- А кто ты? Уважаемый человек? Нет. Какой прок от тебя? Что ты хорошего в этой жизни сделал? Уважения захотел? Так его заработать надо. То, что для своих «сявок» в авторитете, для нормальных людей ни чего не значит. Весь твой «дутый авторитет» сегодня ночью виден стал. Когда ты всех своих подельников сдал, чтобы жизнь свою никчемную спасти.
Емеля, опустив голову, даже не пытался возражать.
- Запомни, дорогой мой Ермолай Викторович, запись с твоими откровениями у меня на диктофоне. Помни об этом, если вдруг решишь шутки шутить. Помни.
Алексей развернулся и, не прощаясь, пошёл по лестнице наверх. Емеля проводил его ненавидящим взглядом и, опустив голову, понуро побрёл по улице. Некогда «крутой» и безжалостный бандит сегодня был полностью растоптан.
Оперативник вошёл в свою квартиру и застал на кухне плачущую Катю. Девушка накрывала на стол, украдкой смахивая слёзы, текущие из красивых, ярко-зелёных глаз.
- Катенька, ну ты чего? Всё хорошо. Вон, даже дядька плохой всё осознал. Извинился. Скоро вся их банда будет такой же вид иметь, как этот хрыч. Всех их прижмём, чтобы нормальным людям жить не мешали. Козлы.
Алексей был возбуждён, глаза лихорадочно блестели. Он старательно скрывал свою радость от Емели, но перед Катей уже не мог сдерживаться. Бандит дал ему полный расклад. Его словно прорвало. Там, в лесу, стоя у собственноручно вырытой могилы, Емеля рассказал оперативнику всё, в отчаянной попытке спасти свою жизнь. Алексей внимательно слушал, записывая его на диктофон и делая пометки в своём блокноте. Осталось проверить несколько деталей и можно смело брать банду. Теперь-то уж Фёдор точно не отвертится.
Алексей подошёл к Кате, взял дрожащую девушку за руку, взглянул в её безумно красивые, зелёные глаза и утонул в них, мгновенно забыв всю грязь и мерзость прошедшей ночи.
- Ты мой наркотик, - прошептал Алексей и, нежно обняв девушку за талию, осторожно прикоснулся губами к её губам.
* * *
- Заходи, Ермолай, чего стоишь? - Фёдор повернулся к вошедшему в помещение Емеле, и удивлённо крякнул, - Это кто тебя так отделал? У тебя вся рожа один сплошной синяк.
- Да мент этот. Только я Катьку завалить собрался, как он домой вернулся. Отметелил меня по полной, еле ноги унёс, - Емеля печально вздохнул и опустил голову, - Фёдор, он больной на голову.
Фёдор согласно покивал головой.
- Да, Емеля, да. Действительно больной, но от него слишком много проблем. Его нужно убрать...
Продолжение следует...