… Вернемся к нашим баранам. Точнее к новобранцам, которых баранами, вполне справедливо, кстати, считали все вышестоящие чины.
Заведя ребят в казарму, командиры отделения построили всех в одну шеренгу.
- Равняйсь, - раскатисто гаркнул Орех.
13 голов неловко повернулись влево. Крайний солдатик слева тоже повернул свою бритую головешку. Повисла неловкая пауза.
- Солдатик, ты че, тупой? Крайний в колонне смотрит перед собой. Вы откуда такие взялись?
- Так мы с гражданки, - буркнул голос из строя. Вроде это был Повар. Пофамильные клички быстро приклеились. Они были звучные и короткие, с ударением на первый слог. В лучших традициях большевиков. Как Ленин, Сталин и Троцкий, только Повар.
- Разговорчики в строю, - лениво протянул Гусь, восседая на деревянной табуретке, облокотившись на спинку хреново заправленной кровати. –Ррравняйсь, - ему явно нравилось руководить, вот и отыгрывался.
В этот раз повернулись уже 12 голов. Крайний целеустремленно зрел в светлое будущее где-то на уровне соприкосновение стены и потолка.
- Сейчас мы будем проводить утренний осмотр! – торжественно объявил Орех.
Командиры отделения приблизились на опасное для серьезных мужчин расстояние.
- Тааак, этот нормальный, этот тоже… А это еще че такое? Радовой, - обратился Козырь, внимательно осматривающий строй вместе с товарищами, – ты чего это небритый такой? Вон, щетина уже колется.
- Так времени не было, вы ж сказали не задерживать роту перед завтраком, - попытался оправдаться бедолага.
- Ну вообще мало волнующий факт, - так же лениво, как и Гусь незадолго до этого, процедил Козырь.
Волос у Сани на голове не осталось, дыбом встали на всех других местах. Сейчас что-то будет…
Чтотобудет не заставил себя ждать.
- Рота, упор лежа принять, - прикрикнул Козырь и занял доминирующую позицию над солдатиками. – Делай «раз»!
Вся рота согнула руки и потом выпрямила.
- Не понял, а где команда «два»? Встать! Упор лёжа принять!
Взвод подпрыгнул и снова улёгся в позицию.
- Делай «раз»! – теперь уже руки никто не разогнул. Все старательно сопели в пыльный пол, а Саня неистово соображал, понимая, что в следующий раз протирать надо бы получше, вон там под плинтусом забилось пылюки. Не дай Бог, аллергия начнётся.
Локти начали дрожать на второй минуте. Лечь на пол не представлялось возможным. Вася, сидевший на табуретке сбоку, пристально следил за просветом между телами и линолеумом.
- Делай «два», - лениво скомандовал Козырь.
Взвод попытался выпрямиться, но сделал это с большим трудом. Кто-то вообще не смог. Саня дивился, как его забродившие нетренированные ручонки выдержали такой резкий нагруз. Пот струился по лбу, норовил залить глаза. Где-то безысходно билась в заляпанное окно одинокая муха, большая и жирная, как повариха в столовой, накладывавшая пельмени на завтрак.
При мысли о пельменях желудок предательски заворчал, желчный пузырь буркнул в ответ, во рту загорчило.
«Либо надо меньше жрать, либо побольше двигаться» подумал Саня и снова согнул руки по команде.
- Так, ты, - Козырь указал на небритыша, - бегом исправлять недостаток, пока твои товарищи отжимаются.
От такого товарищества, если честно, хотел откреститься, если бы Саня был сильно верующим, он бы так и сделал. Но руки были заняты и освободить хотя бы одну было проблематично. Или нет?
Перенеся вес на правую рабочую, Саня выпрямил левую и занес ее немного назад и в сторону вдоль тела. Кровоток в запястье восстановился и мышцы немного расслабились. После этого он повторил процедуру со второй рукой. Козырь одобрительно ухмыльнулся, видимо, этот лайфхак был одной из армейских мудростей, которые открывались салагам на какой-то из дней их тяжелой беспросветной житухи. В этот момент Саня почувствовал себя немного счастливым. С удовлетворением он наблюдал, как шеренга распластавшихся мужичков тянут руки и со вздохом облегчения ставят их обратно на пол.
Небритыш в это время вернулся из умывальника. Он был по-прежнему со щетиной. В спешке забыл взять пену и полотенце. На щеке его красовалось раздражение и небольшой порез. Видимо, попробовал на одной воде побриться, но затея оказалась откровенно гиблой.
Напряжение нарастало. Если бы мысли имели вес, а в тот момент это казалось вполне реальным, то Земля бы непременно сдвинулась на пару километров со своей орбиты. Кто-то в лежачем строю крякнул, подавляя рвущиеся наружу проклятия.
- Ну, раз ваш кореш не спешит, тогда делай «раз», - снова скомандовал Козырь. – Теперь вам, ребятки, точно пиз…, - из-за двери канцелярии показалось ехидная рожа майора. – На Пизанскую башню походить будете, - выкрутился командир отделения. Рожа скрылась обратно в канцелярии.
Через секунду оттуда донесся пронзительный в своей безысходности голосок: «Гусь, ты что это, материшься?»
- Трщ майор, да это вообще не я был!
- Да-да, рассказывай мне, птица гордая. Ну-ка иди сюда.
Гусь вскочил с табуретки и залетел в канцелярию. Примерно минуту оттуда доносились странные звуки и редкие вскрики: «Ай, не надо», «Трщ майор, пощадите», «Ой, да это вообще Козырь». Вышел Гусь слега потрепанный и ощипанный. И дико злой. Прочие командиры гнусно хихикали и косились в его сторону. Вена на лбу Гуся надулась.
- Ну, самцы. ПОЛТОРА!
После секундной заминки, все «самцы» поняли, что это обращение к ним, и что «полтора», судя по всему, что-то среднее между «раз» и «два». Так и замерли на полусогнутых руках.
- Спины ровнее, жопу выше! – не унимался Гусь. Выместить свою злобу на несправедливость мира он решил на тех, с кем мир обошелся еще более несправедливо. Из умывальника доносились неторопливые шорканья лезвий по щетине. – Если ты там не поторопишься, то будешь бриться в упоре лёжа!
Бедолага в умывальнике издал странный звук. Либо он с трудом сдержал смех, либо в ужасе полоснул по сонной артерии и захлебывался своей кровью. В тот момент «полуторным» хотелось второго. Потом им будет стыдно за свои мысли. Еще через полминуты он выбежал с полотенцем в одной руке, бритвой и пеной в другой. Крови на его теле не было, уже хорошо.
- Я исправил! – счастливый завопил он. – Поднимайте пацанов.
- Нихрена себе… - протянул Вася, доселе не вмешивающийся в публичную порку. – Норм командир нашёлся, ребят. А форму доклада не выучил. Ну так вот запоминай: «Товарищ рядовой, разрешите обратиться. Выявленные на утреннем осмотре недостатки устранены в полной мере». Запомнил? Повтори.
- Товарищ рядовой, разрешите обратиться! Выявленные на утреннем осмотре недостатки устранены в полной мере! – оттараторил теперь уже бритыш.
- Не понял, а я давал тебе разрешение обращаться? – Вася был явно недоволен нарушением субординации, а страдали все лежащие в упоре.
-ТОВАРИЩ РЯДОВОЙ, РАЗРЕШИТЕ ОБРАТИТЬСЯ!
- Разрешаю, обращайтесь, - Вася растягивал каждое слово.
-ВЫЯВЛЕННЫЕ НА УТРЕННЕМ ОСМОТРЕ НЕДОСТАТКИ УСТРАНЕНЫ В ПОЛНОЙ МЕРЕ! – голос бритыша срывался, он явно чувствовал неладное.
- Молодец, солдат. Рота, встать.
Такого вздоха облегчения Саня не слышал уже очень давно. - Ну, а теперь общайтесь, через полчаса строимся на плацу.
Командиры покинули спальное расположение, а рядовые обступили товарища. Потные, со сбитым дыханием, они обступали его всё ближе и ближе.
- Братан, ну кто так бреется, - прервал молчание здоровенный лоб, с которым Саня познакомился в военкомате. – Вся щека в крови. На, я заныкал бальзам, протри.
Похлопали салагу по плечу и разошлись. Если нападать на своих, то рано или поздно своих не останется. Это был первый урок, который новобранцы усвоили в своей армейской жизни. Впереди был еще долгий трудный день.