Я помню время, когда я тоже не верила.
Я не верила, что другие люди могут относиться ко мне тепло - просто так, ни за что.
Мне казалось, что все живут своей жизнью, и всем плохо. Им не до меня. И у них нет собственного желания заинтересоваться мной. Только если нужно. Если им что-то от меня нужно.
Я не могу сейчас эмоционально пережить то самое недоверие, потому что вижу мир теперь по-другому.
Я вижу по-прежнему, что люди живут своей жизнью, но это никак не связано со мной. Я знаю, что ко мне могут проявить и интерес, и тепло, и заботу, если я об этом попрошу, и даже без просьбы.
Если я появлюсь … в самом экзистенциальном смысле этого слова, то есть что-нибудь скажу, сделаю, напишу, создам… меня заметят, и отреагируют на меня.
По-разному отреагируют.
Кто-то отреагирует на мой посыл, кто-то – на свое восприятие моего посыла. Но восприятие будет не обо мне, потому что у меня – посыл, то что я вложила в текст, пост, книгу, выступление… А восприятие связано не со мной, точнее, в наименьшей степени – со мной, и в наибольшей – с тем, как другой человек смотрит.
Смотрит он через свой опыт, и через свою интерпретацию собственного опыта, и тогда при чем здесь я? Ах, да, я дала … посыл.
То есть сейчас все видится не однозначно, не полярно, как это бывает при расщеплении психики. Мир видится сложным, идут самые разные, порой, противоположные процессы.
Разобраться мне помогает хорошая опора на себя. Я знаю себя, и знаю, что я внесла.
Длительный опыт рефлексии и разбора, который я имею, дает мне внутреннее право доверять себе в своем восприятии происходящего.
Отделив себя и свои процессы, я хорошо вижу, что вносит Другой.
Я хорошо чувствую, что он вложил в послание.
Он может ответить благодарностью и теплом, может ответить агрессией и завистью.
А что происходит с моим доверием? Ничего особенного: я делаю вывод, кому можно доверять, а кому - нет.
Я доверяю, если вижу, что Другой берет ответственность за себя и свой вклад в ситуацию. Такие люди не отрицают, признают происходящее, и признают свое участие в происходящем. Такие люди дорожат контактом и отношениями, и ищут решение.
Я вижу, кто не берет ответственность, перекладывая ее на меня, потому что не осознает что-то в себе, и плохо знает себя, и путает себя со мной. Такие люди не дорожат отношениями, обесценивают, и не ищут решение.
… Я работаю с одной женщиной, получившей глубокую нарциссическую травму. Ей очень трудно ценить теплые отношения, спонтанность, искренность.
Потому что в ее опыте не было принятия ее живым ребенком.
Она хорошо запомнила вот такой эпизод: на день рождения пришли гости, и она, будучи ребенком, простодушно спросила: «А вы принесли подарки?». Мать ее немедленно застыдила, гости густо покраснели от стыда.
Ей не дали понять, что простодушие ребенка умиляет, что искренность выражения кто-то способен ценить. Она научилась отрезать от себя свою естественность, и уже к первому классу сформировался тревожный ребенок-нарцисс, у которого наивысшим благом стала похвала учителя за пятерки и прочие достижения.
… Я спрашиваю, удается ли ей переживать мгновения тепла и любви со своими детьми, в моменты, когда они не делают что-то полезное.
И она говорит, что, увы, с трудом.
Для того, чтобы чувствовать себя хорошо, ей нужно быть лучше других, и если кто-то, кто, как ей кажется, достиг больше, чем она, ее мучает зависть, ненависть и ужас. Ей кажется, что она осталась позади всех, и теперь ей не на что рассчитывать. Похвалы и тепла больше не будет.
… Я помню, как возвращалось мое доверие. Это был потрясающий период. Некоторые события, которым я раньше не придавала значения, вдруг обрели объем и наполненность.
.... Женщина подала мне ручку, которую я уронила. Просто так, ни за что. Я чувствовала радость, потрясение и ... боль.
Таксист сделал музыку потише, когда я разговаривала по телефону. Мужчина-прохожий придержал за собой дверь в метро, когда я выходила. Еще один прохожий поднял чемодан по лестнице в метро.
Я помню, когда я стала чувствовать ценность тепла, которое давали люди просто так, ни за что.
Я и сейчас хорошо чувствую ценность того, что мне дарят... просто так. Просто потому что есть человечность.
И я также чувствую тех, кто не может сотрудничать, а может только конкурировать и завидовать тому, кто успешнее. Таким я сама не доверяю.
Художник: Мария Амирагова