Выученная беспомощность — профессиональный психологический термин, который описывает причины того, что происходит с людьми в России (хотя работает механизм и в других странах, но сейчас не про них).
Смысл выученной беспомощности в том, что животное регулярно подвергают стрессу — не обязательно тяжёлому, но обязательно на протяжении долгого времени, — и если стресс непреодолим, животное деградирует.
Исследовать феномен в 1921 году взялась Наталия Шенгер-Крестовникова, ученица академика-нобелиата Ивана Павлова, и её эксперимент выглядел милой забавой.
Собаку обучали отличать круг от эллипса и поощряли, когда она показывала правильный ответ. Постепенно эллипс делали всё более похожим на круг. При соотношении осей эллипса 8:9 собака перестала видеть разницу этой фигуры с кругом, и после трёх недель мучений у неё обнаружились многочисленные нарушения психики и моторики.
Учёные зафиксировали результат, но в течение больше чем сорока лет никто не пытался выяснить, какие же причины погубили собаку.
Только в конце 1960-х годов американский психолог Мартин Селигман взялся за дело всерьёз, и термин выученная беспомощность предложил именно он. Стать подопытными снова повезло — или не повезло — собакам.
Собаку закрепляли так, что она стояла, касаясь лапами пола, но убежать не могла. На пол подавались разряды тока — не слишком сильные, но болезненные. Спустя некоторое время собака понимала, что с этими разрядами она ничего не может поделать, переставала пытаться спастись и только жалобно скулила. На физические мучения накладывалась психологическая травма: собака выучивалась быть беспомощной.
На следующем этапе эксперимента собаку освобождали и помещали в комнату, разделённую невысокой перегородкой на две части. В одной половине пол ударял током, в другой нет. Очевидно, ударенная током собака должна была перепрыгнуть через перегородку, чтобы оказаться на безопасной половине комнаты. И тут выяснилось, как работает выученная беспомощность. Среди психологически травмированных собак только порядка 30% догадывались одним прыжком избавиться от мучений, а остальные лишь привычно скулили; зато 94% собак, не прошедших психологическую обработку, быстро совершали спасительный прыжок.
Признаки выученной беспомощности:
— безынициативность, потеря способности и готовности борьбы с возникающими проблемами,
— торможение когнитивных функций, подавление способности находить причинно-следственные связи и усваивать новую информацию,
— эмоциональное расстройство, восприятие любой проблемы как заведомо непреодолимой.
В ходе эксперимента, который при советской власти 70 лет ставили на нескольких поколениях, миллионы людей приучали к тому, что от них ничего не зависит, и уничтожали любые проявления самостоятельности — зачастую вместе с её носителями.
Смысл в том, чтобы человек не думал и не действовал сам, и руководствовался не собственным опытом, а указаниями партии и правительства. Если объявлено, что цены растут по многочисленных просьбам трудящихся, — значит, так оно и есть, при всём очевидном идиотизме.
Государство, которое может в любой момент расстрелять своего гражданина, или посадить в тюрьму, или сделать что-то ещё непредсказуемое, — рушит причинно-следственные связи. Тот, кто хочет сохранить рассудок, не должен пытаться понять логику происходящего. Единственное спасение — принимать любые действия руководства с благодарностью и безоговорочно верить в самые абсурдные утверждения, если они продиктованы свыше.
Так человек постепенно превращается в зомби.
Выученную беспомощность сложно лечить. Если вернуться к эксперименту на собаках, — надо снова и снова на руках переносить бедное животное через перегородку из той части комнаты, где пол под напряжением, в ту часть, которая безопасна. Большинство собак по прошествии времени восстанавливают способность понимать, что к чему, и сами догадываются прыгнуть через перегородку.
Селигман установил, что выученная беспомощность быстрее развивается у домашних собак, чем у дворняжек: первые не имеют опыта борьбы с проблемами, а потому сдаются раньше, чем вторые, у которых опыт есть.
Политтехнологи взяли эту психологическую разработку на вооружение. Не обязательно бить людей током. Не обязательно подстраивать что-то действительно плохое (оно и само происходит, если не мешать). Достаточно, чтобы люди не могли предсказать события, повлиять на них и понять логику происходящего.
Если такую ситуацию поддерживать достаточно долго, у людей гарантированно развивается выученная беспомощность. Им остаётся только лечь и скулить...
...как в наши дни поступает большинство. Тем более, скулить очень удобно в интернетах. Тем, у кого есть доступ.