Солнце стояло в зените, когда наш корабль подошёл к острову. Капитан корабля что-то сказал по гречески и в воздухе начертил сначала цифру 4, потом 16. Кто-то из его помощников перевел на ломанный английский фразу капитана - корабль заберет нас через 4 часа, поэтому просьба не опаздывать, отстающих не ждем.
Спрыгнув с трапа на каменный пирс, мы вышли на песчаный остров. Двое немецких туристов, которые шли перед нами, расчехлив свои фотокамеры, рванули куда-то влево. Предположив, что немцы народ педантичный и, возможно, что-то про остров знают больше, чем я успел прочитать в рекламном проспекте, мы последовали за ними. А за нами увязалась французская группа из пяти человек.
Кстати мы - это я и двое моих дочерей.
Французы первые не выдержали жары и повернули обратно в сторону корабля. Нам бы поступить также, но любопытство и желание проверить, что этот остров на самом деле состоит из ракушек, взяло верх над здравым смыслом.
Пока всё, что мы видели - было пустынной местностью, покрытой почти безлистным высушенным кустарником. Сверху жарило солнышко, со стороны Африки дул жаркий ветер.
Хорошая песчаная дорога вывела нас к побережью Ливийского моря, где на пьедестале из рваного камня на растворе, была установлена игрушечная церковь.
Расспрашивая местных жителей о назначении подобных построек мне удалось выяснить, что игрушечные статуи церквей местные жители ставят вместо часовен. Туда можно положить записки о поминании, также это служит указателем на то, что рядом есть настоящая церковь, храм или собор.
Единственный собор, который был рядом - это в 20 км по морю в городе Иера-Петра на Крите.
Как оказалось в последствии, остров был не такой уж и безлюдный и необитаемый. По пути мы наткнулись на странную постройку из досок и листового железа, с окнами, дверью, террасой, на которой сидя в кресле-качалке и накрыв голову панамой слушал песни по радиоприемнику грек, а рядом с этой жилой конструкцией красовался мотоцикл, производства 50-60х годов прошлого века.
Местный абориген поведал нам, что остров некогда принадлежал римской империи, здесь был некий морской форпост с маяком. Маяк на острове есть, но не древнеримский, а самый что ни на есть современный, а от римлян остались разве что могилы к востоку на большом холме.
Озираясь по сторонам во время "увлекательного рассказа" заскучавшего грека мы обнаружили, что под каждым кустом, под каждым камнем лежат россыпи ракушек. Остров и вправду был ими усыпан, надо было только опустить глаза и внимательно посмотреть.
Песок острова представлял собой обычный морской песок перемешанный с мелкими осколками раковин, отчего и казался золотым.
"К западу кроме пустоши и песка до самого маяка Вы ничего не увидите. Идите назад к пирсу, а от него прямо на другой берег острова. Там пляж из ракушек", закончил свой рассказ грек и залез в своё кресло-качалку.
Допив весь запас апельсинового сока, который прихватили с собой, мы отправились назад к пирсу, что очень обрадовало моих спутниц. Немцы никого не слушали и "ускакали" с фотоаппаратами за барханы, чем поставили меня в тупик с классической пословицей: "что русскому хорошо - то немцу смерть". Здесь как-то наоборот получилась.
"Вот папа - надо читать указатели, а не бегать по пустыне", сказала старшая дочь указывая на англоязычный указатель "beach" возле пирса.
Приятная дощатая дорожка примерно через 400 метров закончилась лазурным побережьем, а через небольшую морскую полоску шириной в 20 км был виден остров Крит. Девчонки побросав шляпки-панамки рванули в море, а я задержался на берегу раскладывая вещи и осматривая пляж.
Пляж представлял собой полоску какого-то не то крупного песка не то очень мелких камушков, протяженностью километра полтора. Закончив с вещами я уставился на этот "песок" и остолбенел. Это был не песок и не камушки - это всё были мелкие ракушки. Весь пляж был из одних ракушек. Мокрые от морской воды, они сверкали золотом на ярком солнышке.
А дальше... Дальше была подводная маска и трубка, море, стайки разноцветных рыб, снова море и ракушки.
Так незаметно пролетели 3 часа. И вот мы снова идём в обратный путь, любуясь скрюченными кустарниками и песчаными барханами острова, выветренными африканскими и средиземноморскими ветрами.
На пирсе мы встретили взмокших немцев с совершенно обезумевшими от жары глазами. Уставшие, они заливали в себя минеральную воду возле бара.
Взойдя на борт корабля, девчонки, проголодавшиеся после купания, накинулись на яблоки, предусмотрительно"затерявшиеся" в моем походном рюкзаке, а я, расположившись на лавочке возле борта, любовался золотыми песками острова Хриси.
Благодарю Вас за прочтение этой статьи!