Данная история - целиком на совести её рассказчика. Правда ли, что на время Олимпиады-80 от работы отстранили всех московских продавцов и официантов и заменили их непрофессионалами? Подтверждений тому не найдено. Но послушаем версию Дмитрия Лисина.
С июня месяца 1980-го началось совсем чудное дело. Москва опустела, как будто половину выселили за 101-й км. Самое поразительное, что на уровне ЦК КПСС решили уволить на время Олимпиады, то есть на всё лето, всех официантов и работников магазинов. Это невероятно, непонятно до сих пор. Почему?
Точной информации нет, но напрашивается очевидное. Наверное, решили в узком кругу партайгеноссе, что лучше не позориться перед афро-азиатскими друзьями, раз капстраны игнорировали Олимпиаду-80. Ведь все официанты ведут себя нагло, обязательно обсчитают пьяненьких олимпийских зрителей и спортсменов. А работники торговли, соответственно, обвесят гостей столицы. И издали приказ – заполнить вакансии якобы неиспорченными студентами. Всем студентам Москвы, работникам торговых отрядов, выдали весёлую бело-голубую униформу из тонких, смесовых, удивительно прочных импортных тканей. И сейчас иногда встречаются пенсионеры в этой форме, и бежишь обниматься с ветеранами.
Нас послали работать в магазин «Молоко» возле метро "Октябрьское поле". Магазин был на первом этаже в квартале солидных кирпичных домов, служебный вход и склад-подвал со двора. В следующем, угловом доме был хитрый магазин «Овощи-фрукты», в который заслали отряд из пяти первокурсниц Плехановского института. Ну, им бог, что называется, велел терять девственность кайфовым летом 80-го года. Хитрость «Овощей» состояла в наличии винного и колбасного отделов, плюс огромного подвала-офиса, где директор «Овощей» принимал нужных торговых людей.
С замом директора Максом, почти ровесником, мы подружились и даже весь август торговали через овощной киоск поразительным товаром – финскими соками в мелкой упаковке тетра-пак. Невиданные соки, закупленные для не приехавших олимпийских команд, поступили в московскую торговлю и раскупались коробками. Причём ценника сверху не спустили, и все магазины торговали по разной цене, кто во что горазд. С овощным замом ещё долго мы дружили, он дослужился к 1987 году до замначальника строительного управления Московской Патриархии и взял меня восстанавливать Оптину пустынь в качестве геодезиста. Но то отдельная тема.
Особенности советской торговли поражали нас. Директриса ставшего родным «Молока» рассказала о хитрости узаконенной Минпищепромом усушки-утруски. Каждый сороковой пакет молока, каждое тридцатое яйцо можно было выпить. В обед мы жарили омлет из двадцати яиц, закладывая огромную сковородку свежей докторской колбасой, списанной и принесённой подружками из «Овощей». Две самые симпатичные из «плешек» всегда с нами обедали - в подвале, куда мы притаскивали свою сковородку с яйцами. Мало того, овощной директор Роберт Аванесович, блистающий тремя золотыми зубами, всегда добавлял к пиру пару бутылок рислинга. Сам Ганс-директор, как мы его почему-то называли, блистал скромностью, никогда не закусывал с нами, не вмешивался в странные первокурсные разговоры географов с плехановками, будущими директрисами советской торговли.
Гансом мы назвали директора после того, как его правая рука и обитатель подвала Макс, торгующий фруктами, рассказал об искусстве приёма винной стеклотары. О, это высший пилотаж обвеса и обноса. Клиент, замученный нарзаном, дрожащей рукой всовывает винные бутылки по одной, в маленькое окошко, а Макс мгновенно подменяет их на битые и возвращает, но не все, конечно, иначе побьют. Макс обучил мелкой моторике рук нашего студента Илью, сидящего на приёме молочной стеклотары, и вот ведь чудо - через три месяца студент унёс домой вместе с жалкой зарплатой ещё тысячи две рублей. Так почему директора «Овощей» мы звали Гансом? Всё потому, что на факультете был культ Битлз, а меня называли Джоном. Если я Джон, любитель англоманского рока и торговец джинсами, то Ганс – намного круче: директор магазина, где есть всё вкусное, способный извлекать немалую прибыль из пустых бутылок, к тому же врубающий в своих "Овощах" неизвестный нам немецкий краут-рок и ужасающе электронный Tangerin dream. Так что не получилось у ЦК КПСС спасти жителей столицы и гостей Олимпиады-80 от обмишуривания.
Начало: "Самым важным видом спорта был тотальный флирт", "Приползая на смену, я получал от повара сковородку со всем вкусным, что было в меню", "У меня была странная мания – работать непонятно кем и непонятно где за маленькие деньги"
Делитесь своими историями! Почта emka3@yandex.ru