Оглавление
Под рёбрами остался внушительный синяк и широкая ранка, кровь запеклась, но при каждом шаге корочка лопается, и выступают рубиновые капли. На рубахе расползается красное пятно размером с монету. Иваш морщится, но шагает бодренько, держа лицо радостным: незачем матушек и Руфину тревожить.
Крас нагнал на выходе из леса, хлопнул по плечу и пошел рядом, сунув руки в карманы.
— Вы его не убили? — Спросил мальчик, робко поднимая взгляд.
— Нет. — Ответил учитель, уголки губ пошли вверх, придавая лицу зловеще весёлый вид. — Но, думаю, урок он усвоил.
***
Инквизитор оглядел здоровяка, приползшего в застенок, подвывая и орошая землю горячими слезами. Во рту у дурня остался только один зуб и тот гнилой, нос расплющен и свёрнут на бок, став похожим на свиной пятак. На лбу тщательно вырезано бранное слово, а на щеках «нарисована» иллюстрация. Пальцы скрючены и вывернуты под неестественными углами.
Жить будет, но о любой работе руками может забыть, а учитывая перебитое колено... Судьба помощника пыточных дел мастера, незавидна.
— Это тебя мальчишка так отделал? Что вообще может быть сложного в том, чтобы сунуть нож под рёбра мальцу?
— Я и фунул... — промямлил здоровяк, последний зуб выпал на пол, ударился о булыжники и укатился в тёмный угол, под низкий стол с кандалами на цепях. — Он не феловех... нош как ф ферефо ткнулфя... а пофом появилфя муфых Храф... и фот...
Инквизитор страдальчески выдохнул, и взмахом руки прогнал слугу, зашагал вдоль стены с едва тёплой жаровней и украшенной инструментами. Разнообразными клещами, щипцами, крючками и свежевательными ножами, на полу лежат раскрытые испанские сапоги. Старший палач стоит у печки и раскаляет над пламенем стальной прут. Кончик алеет, но нужно куда больше, скоро в застенок приведут важного гостя...
— Непростой человек, значит, — пробормотал инквизитор, почёсывая подбородок, — ну, логично, в конце концов, именно он украл мелкую ведьму и призвал демона в облаках. Что ж, я надеялся провернуть всё по-тихому, не задевая протеже кардинала, но придётся действовать грубо. Гнев Господень должен настичь каждого грешника!
В коридоре появились нарастающие рыдания, лязг цепей и мольбы о пощаде. Инквизитор заложил руки за спину и постарался отвлечься от мыслей о ненавистном мальце и Красе. Нужно побеседовать с гостем.
Привет дорогой читатель!
Я — Александр, единственный автор Лит Блога. Уже пару лет, почти без выходных, я пишу для вас рассказы и романы. Надеюсь вам они нравятся.
В данный момент Лит Блог переживает переоценку ценностей и подхода к творчеству. А точнее применяет девиз: Паши пока не сдохнешь.
Прошу, по возможности, поддержите Лит Блог рублём. Просто в следующие несколько месяцев я перехожу на лютую экономию (хлеб и вода), всё лишь бы работать эффективнее.
Реквизиты:
- Карта Яндекс.Денег: 5106 2180 3049 7945
- Карта Сбербанка: 5336 6901 6545 6536 (Александр Георгиевич Шавкунов)
Спасибо за внимание и поддержку!
***
Руфина и переодевшийся Иваш прогуливаются вдоль опушки, девочка боится заходить в город. Чуть позади трусит Асмодей, перекинувшийся обратно в черного котяру. Он с превеликим удовольствием предпочёл бы улечься у камина и лакать вино из мисочки, но матушки настояли идти следом за детьми.
«Обоим по четырнадцать, мало ли чего...»
На загривке кота сидит серая мышь, ворчит, попискивая, и пытается умываться передними лапками, на которых красуются миниатюрные копытца. Мышь гневно попискивает и норовит стукнуть Асма по затылку.
— Да хватит тебе... — пробурчал кот, — ну подумаешь, не до конца магия развеялась, один фиг, скоро обратно в коня.
— Писк! Пи-писк!
— Хэй, за языком следи! Тут же дети!
— Пи-и-и-и-и-и-ск!
— И вот этим ртом ты целуешь жену?
Мышь встала на дыбы и с силой опустила копытца меж лопаток кота. Асм дёрнул хвостом и, бурча про обнаглевшую еду, свернул к кустам, задирая хвост. Иваш проводил странную парочку взглядом и повернулся к Руфине. Девочку почти не узнать, вечерний свет превращает волосы в тёмное пламя, а глаза поблёскивают, как у щенка, огромные и изумрудно зелёные. Она щебечет о быте дома, о странных вещах, которым обучили матушки, и рвётся показать пару трюков. Иваш еле удерживает её, не дай бог со стен кто увидит, но Руфина, хитро улыбаясь, взмахнула руками. Воздух вокруг них зарябил, как над раскаленным камнем.
— Вот! Теперь нас оттуда не увидят! Правда здорово?!
— Да... очень. — Едва сдерживая зависть, пробормотал Иваш. — У тебя отлично получается.
— Матушки тоже так говорят! А ещё сегодня меня поведут на шабаш! Ты там был?
— Пару раз... куча тёток так и норовят тебя потискать, ущипнуть, а одна, кажется, пыталась меня укусить. Скучное место...
— А мне вот интересно! Чем ты тут занимаешься, кстати?
— Ну, в основном, бегаю с мешком, полным камней на плечах, учусь махать секирой и всё. Крас ещё обещает прогнать меня с мешком через реку и показывает, как правильно драться.
— Правильно? У нас в деревне парни каждый день сцеплялись и по земле катались, али на пустыре группами друг дружку охаживали. Чего тут правильного может быть? Знай — кулаком в нос.
— Мне так тоже казалось, но Крас показал такие трюки! Вот, смотри!
Иваш замедленно проделал замысловатое и плавное движение руками, попутно меняя позу ног, и резко двинул коленом воображаемого противника в лицо. Руфина охнула и захлопала в ладоши.
— Я ничего не поняла, но выглядит красиво! Как часть танца! Ты умеешь танцевать?
— Наверное... — неуверенно протянул Иваш, — а как это вообще?
— А я сейчас покажу. — Хитренько сказала Руфина и взяла Иваша за ладонь. — Вот положи ладонь сюда, а ногу поставь сюда... хэй, ладонь повыше!
Парень торопливо отдёрнул ладонь, и девочка засмеялась.
— Я сказала, что нужно держать повыше, но не говорила убирать...
Асмодей подошел к ним и громко откашлялся в лапу:
— А чей-то вы тут делаете?
Юнцы испуганно отпрыгнули друг от дружки, как мелкие птички, даже отвернулись зябко поглаживая плечи. Мышь на загривке кота тоненько засмеялась и плюхнулась на спину, суча лапками, на задних так же красуются копытца.
Асм хохотнул и мотнул головой в сторону дома.
— Ну что, молодёжь, пора, девочки уже опаздывают, кстати, ты — Иваш, отправляешься с ними. Крас решил дать тебе выходной.