Рассказ из серии «Читая Хармса…»
Слесарь-водопроводчик четвёртого разряда ЖЭКа номер тридцать восемь дробь пятнадцать бис Потапов шёл с вызова к себе в контору по аллее парка имени Парижской Коммуны и вдруг увидел торчащую из цветочной клумбы человеческую ногу.
Однако, подумал Потапов, эта нога поразительно похожа на ногу нормировщицы цеха номер три машиностроительного завода имени Бонч-Бруевича гражданки Лизюковой, с которой я состою в интимной близости. Ай-ай-ай. Нехорошо. В смысле, нехорошо не то, что состою, и не то, что нога, а то, что валяется.
Он залез на цветочную клумбу (это были, кажется, левкои. Или даже настурции), выдернул ногу, положил её в свою служебную сумку и продолжил трудовой путь.
Подходя к фонтану имени Дружбы народов, он увидел торчащую из мусорной урны руку. Однако, подумал он опять. Эта рука поразительно напоминает руку медицинской сестры городской больницы номер два имени Джордано Бруно гражданки Кружко, с которой я тоже состою в интимной близости. Ай-ай-ай. Нехорошо. Очень нехорошо! Рука — и в урне. Там же антисанитарные условия.
Он достал из урны руку, обтёр её от прилипших конфетных фантиков и папиросных окурков и продолжил свой всё тот же скорбный путь.
Уже на выходе из парка, в подножии скульптуры «Девушка с веслом» Потапов увидел затылочную кость и правый клык нижней челюсти. Ай-ай-ай, подумал он. Нехорошо. Категорически! Эта затылочная кость поразительно похожа на кость старшей засольчицы засолочного пункта имени писателя Короленко, гражданки Кукурузидзе, с которой я тоже состою в интимной связи. Он залез на скульптуру, взял двумя пальцами кость, сдул с зуба пыль и положил всё это к себе в сумку.
Проходя мимо гастронома номер сорок один, он увидел скамейку, на которой сидели гражданки Лизюкова, Кпужко и Кукурузидзе. Склонив головы, они читали книгу. Это был роман «Всё достаётся людям» классика советской литературы, фамилия которого Потапов не помнил как, да и на кой.
Нехорошо разбрасываться своими анатомическими деталями, осуждающе сказал Потапов трём красавицам. Те подняли на него глаза и стремительно покраснели. Им было стыдно, только непонятно, за что конкретно. Потапов открыл свою сумку, достал оттуда искомое, раздал каждой своё. Правда, с клыком получилась сложность, потому что он, как оказалось, принадлежал вовсе не гражданке Кукурузидзе, а гражданину Колбассному, прапорщику бронетанковых войск, отличнику боевой и политической подготовки, ныне занимающему должность начальника склада горюче-смазочных материалов воинской части номер… и состоящему в интимной близости с ней же.
В конце концов, со всеми частями разобрались, зуб выбросили в рядом растущие кусты (позднее, под покровом темноты, Кукурузидзе вернулась, зуб нашла и взяла себе на память), Потапов закрыл сумку и пошёл к себе в контору, которая располагалась рядом, за углом. Время было три часа пятнадцать минут пополудни, до конца рабочего дня оставалось более полутора часов, так что пить пиво и водку было ещё рано.
Алексей КУРГАНОВ