В богатом и аккуратном городе Тюмени мы переночевали всего один раз, и утром направились дальше - в Омск.
Путь предстоял неблизкий, а преодолеть его мы планировали за один день, потому из гостеприимного Юлиного дома вышли ранним утром.
И на выезде из города мы в очередной раз убедились, как же тут, в Сибири, много берез. Странно, что традиционно русская душа считается связанной особыми отношениями с березами.
Белая береза
Под моим окном
Принакрылась снегом,
Точно серебром.
Ни на родной Есенину Рязанщине, ни в Ленинградской области, ни в Подмосковье, да и вообще нигде в европейской части России я не видел таких обширных березовых рощ, как здесь - в Западной Сибири.
На достаточно длинный отрезок нас подхватил как раз нефтяной вахтовик. Работает он водителем самосвала. Официально две недели через две. А реально - работает две смены в день целую неделю, а потом неделю две смены в день работает его сменщик. И в месяц на вахте они проводят только одну неделю.
- А самое главное, - говорит, - что теперь близко от дома работаю. Всего 600 километров.
- И это по-вашему близко?
- Ну конечно. Сел в машину утром, и к вечеру уже дома. Не то, что раньше.
Такое представление о времени-пространстве нам до сих пор было не совсем понятно. Все-таки по меркам европейской России 600 километром - это очень много.
- Что это за цветы? - Уже многие километры вдоль трассы тянулись поля с желтыми цветами.
- Это рапс. Не слышал про такое?
Я не слышал.
- Из него делают и пищевое масло. В магазинах в Тюмени продается - черное в маленьких бутылках. По пищевой ценности в разы превышает обычное подсолнечное.
- Если его так много выращивают, почему не доезжает до нас?
- А сейчас жара постоит пару дней и посевы пожгут.
Я ждал пояснений.
- На производство рапса выделяют много-много дотаций. Деньги фирмы уже получили, отчеты о посевных площадях отдали, а изготавливать масло невыгодно - потратишься, а его еще продавать надо. Легче на следующий год еще больше дотаций попросить.
* Уже в 2019 году я ехал с дальнобойщиками из Белгорода. Они везли рапсовое масло в порт Тамани - на экспорт. А обратно обычно везут импортное пальмовое масло*
Свои "недальние" 300 километров драйвер проехал, мы быстро сменили еще одну машину - и оказались у поворота на поселок с названием Ишим. Его важной чертой является то, что именно здесь сходятся две дороги из Европы в Сибирь - через Екатеринбург и через Челябинск. Так что мы теперь могли рассчитывать на приток машин с южного направления.
Впрочем, стоять под Ишимом пришлось чуть дольше обычного. Только спустя час нам помигала фура, стоящая на обочине метрах в двухстах.
- А чего сразу не подошли?
Подходить самому к водителям не в наших правилах. Такой прием я использую только в исключительных случаях.
- Я и поел, и вздремнул, а вы стоите и стоите. Ну, думаю, подвезу ребят.
Мы устраиваясь в кабине, мы поблагодарили его.
- На Байкал едете?
- Да. А видно по нам?
- Тут все автостопщики на Байкал едут.
Не знаю, все ли автостопщики на том участке едут на Байкал, но вот то, что все, кто едет на Байкал - едут там, это точно.
Водитель оказался из Горно-Алтайска. Сейчас он ехал из Новороссийска в сторону дома - а значит, что до Омска мы должны были с ним доехать.
Ровные тюменские дороги сменились омскими - аварийными, с колеями и выгрызенными кусками асфальта. 350 километров до Омска мы дремали - сказались как ранний подъем, так и тряска на дороге.
Ближе к концу дня я начал понимать особенность сибирских расстояний. Относительно густонаселенный лесной юг тюменской области сменился степью - и на сотню километров не было ни городов, ни сел, ни заправок - только степь. К слову, так будет по всем Сибирским дорогам - только в Новосибирской области вновь лес придет на смену степи. А огромные ненаселенные расстояния останутся.
Фура пошла в обход Омска, и на одном из съездов в город мы сошли. Водитель на прощание снабдил нас запасами из армейского сухпайка: кабачковой икрой, порошковым лимонадом, топливными таблетками.