Глава "Он примчался на рассвете" здесь Глава "Плещет полымем Россия" здесь
Часть третья
1
В липняке, за речкой Белой,
Посреди степи
Жил помещик неробело
И кислушку пил.
Ел отборные арбузы
Во большом дворе,
Заставлял он гладить пузо,
Маясь на ковре.
Отмуштрованные слуги
Целою гурьбой
Розовели от натуги,
Терли вперебой.
Веник парился и к сроку
Нежил до костей.
...Понакликала сорока
Дорогих гостей.
И гуртились, словно овцы,
В праздничную рань —
Офицеришки, торговцы,
Плутовая дрянь.
Те, кому сосед неведом
И его порог...
Им шалаться по обедам
Отпустил пророк.
Восхваляя герб и службу,
Весь, как на юру,
Батька пыжился:
— За дружбу! —
И глотал икру.
— Браво! — дамы восклицали,
Хмыкали дельцы.
Клешневидные свисали
Над столом усы.
Рдела лысина прелестно.
И величью в тон
Золотел на фраке тесном
Родовой жетон.
Гоношились музыканты
И пускались в пляс
Слуги, модницы и франты —
Преблаженный час!
Отчего не веселиться?
— Здорово!
— Весьма!..
В их надел императрица
Жалует сама.
Так в Башкирии далекой,
В южной полосе,
Для царицы ясноокой
Строили шоссе.
2
О тираны, о народе
Вы печетесь...
Всё ж
Вас-то при любой погоде
Не замочит дождь.
Вам забава, смердам иго,
Тяжкая нужда,
Ведь у них от ваших выгод
Меж собой вражда.
Жаждой сана, знатным кругом,
Поздним стуком в дверь
Вы похожи друг на друга,
Как на зверя зверь.
И в борениях за счастье
Вы равны давно,
Вы, конечно, разной масти,
А нутро одно...
Трясся дом, обшитый жестью,
Гоготал курган.
Огорожено поместье —
Не сшибет таран.
У ворот в траве гусиной,
Желчи не тая,
Поводок мусолит псина,
Ростом с бугая.
Дрессированная туша,
Что ни клык — аршин.
Полгубернии придушит,
Только разреши!
Но внезапно по усадьбе
Затрещал огонь,
И возник смугляный всадник —
У бровей ладонь.
Струсил бедный покровитель:
— Беззаконье!
Бунт!
— Э, пирующий правитель,
Покажи табун!
Где пасешь, в каком уезде,
Сразу обозначь,
Здесь любой из нас — наездник,
Воин и лихач.
Мы тальянки перебесим
И колокола,
Коли щедрый — не повесим,
Но спалим дотла!
3
И расплатою за горе
Хижин и кошар
Вился пепел да просторе,
Полыхал пожар.
В вечевом, набатном плеске
Стон и зов: «Кар-рать!»
Чумовая к Белорецку
Повернула рать.
Матюгались на опушке...
— В бога!
В потроха!
Трубы выперлись, как пушки,
Аж ревут цеха.
На свободе свирепея,
Осенясь перстом,
Бреют тати архирея
В куполе пустом.
И от паники не зряча,
Матушка:
— И-и-их!
Под брыжжастой юбкой прячет
Милых попадьих.
Лезет к барыне ярило,
А она крепка,
То горшок ему — по рылу,
То ухват — в бока.
По увалам и по долам
Ухают стрельцы,
Животом на частоколы
Падают купцы.
И печалится осина,
И шуршит змея.
Взбелененная Россия,
Азия моя!..
Окончание здесь
Автор: Валентин Сорокин