Случилось так, что в 1187 году немолодой уже Фридрих Барбаросса, император Священной Римской, империи объявил очередной крестовый поход, и очень многие за ним рванули - как же, жива была еще память о том, сколько мощей привезли счастливчики из предыдущих, все монастыри и церкви в Европе обеспечили. Только десниц Иоанна Крестителя штук пять приперли. И это не считая всяких ништяков из драгметаллов и прочих предметов культа. Хозяин замка Бентхайм из саксонского герцогства тоже пошел.
Только ничего толкового в тот раз у них не вышло - Фридрих по официальной версии утонул на полпути к Иерусалиму, и лишь немногие из его воинов достигли Святой Земли. Умберто Эко изложил свою версию гибели императора в романе "Баудолино" (обожаю, но, кто не читал, читайте сами, не буду спойлерить).
Так вот, без Рыжей бороды рыцарский завоевательский пыл как-то подувял и народ начал расползаться по домам. По итогу вернулись почти все, кроме графа Отто Бентхайма. Напрасно жена его София все глазоньки с пороховой башни высмотрела. Тогда башня называлась как-то по-другому, конечно, и еще лет 400 потом, пока порох не пришел в Европу. Но башня-то стояла, и целый год безутешная София поднималась на нее каждый день, посмотреть не пылит ли по дороге одинокий всадник, муж ее любимый, единственный, гад такой оставил одну и управляйся с этим замком как хочешь.
Через год кончилось ее терпение, набрала она себе спутников в количестве семнадцати человек и двинула по стопам мужа в Иерусалим. Искали его долго, по всем правилам сыска XII века, очень старались, но не нашли. Тогда София раздала сопровождающим семнадцать монет, оставив себе только одну, и отпустила помощников с миром. "Сгину тут" - решила она, - "Но в замок не вернусь. Ну его, пусть наследники разбираются".
Впрочем, не успела она остаться одна с золотой монеткой, как пришел к ней Некто (наверное тот самый, которому Буратино ни за что не даст яблока, хоть он дерись) и пообещал отвести к мужу за скромное вознаграждение, мол тут недалеко, много не возьму, но и бесплатно надрываться не хочу. София раздумывала недолго и предложила Некту ровно половину всего, что у нее осталось.
В результате, встретились все-таки любящие супруги, воссоединились. Но радости такой графиня не перенесла и умерла вскорости. Похоронена, говорят, в Иерусалиме. Что потом случилось с гулящим мужем, и отчего он не вернулся вовремя, история умалчивает. Но с тех пор у всех хозяев замка, помимо прочих геральдических картинок, на гербе обязательно в уголке будет россыпь из 18 монеток, одна из которых разломана пополам.