Стремление подражать приматам свойственно человеку в не меньшей степени, чем готовность брать пример с героев, чемпионов и гениев прогресса и цивилизации. Однако с возрастом ему неудобно этим заниматься в прежнем объеме.
Четвероногие создания давно не составляют конкуренцию кумирам развитого общества. Более того, публичное сравнение одних с другими чревато серьезными неприятностями.
А ведь были времена, когда отдельные полиглоты свободно понимали язык братьев меньших, узнавая много интересного. Если верить сказкам и басням, самые остроумные суждения высказывают именно существа якобы низшего порядка, а не разодетые в пух и прах интеллектуалы и духовные пастыри.
Былое взаимопонимание утрачено, но следы синхронного перевода сохранились в ряде песен от имени зверей и птиц голосами популярных артистов.
Выслушаем их.
SAM THE SHAM AND THE PHARAOS – LIL’ RED RIDING HOOD
Говорящий волк в узких брючках в широкую полосу переходит с воя на блеяние, предлагая Красной Шапочке защиту от хулиганов.
В исполнении лидера легендарных «фараонов» эту выглядит не столь символично, как овечье стадо у Пинк Флойд, но – смешно. Почти как «бэшка! Бэшка вонючий» из уст Батьки Махно в старой версии «Хождения по мукам».
*
PEGGY LEE – THE SIAMESE CAT SONG
Мисс Пегги Ли пародирует «китайщину» не хуже Есенина в «Стране негодяев». Когда-то сиамские кошки считались не меньшей экзотикой, чем мультфильмы студии Уолта Диснея, чье тело, как известно, заморожено до лучших времен. Сейчас нет проблем ни с кошками, ни с туризмом, ни, тем более, с мультипликацией. Только нового Есенина не видать, равно как и достойной замены разностороннему таланту мисс Пегги Ли.
*
JOE TEX – TALKING DOG
Мечта каждого ребенка – говорящая собака. Иногда на её поиски уходят лучшие годы жизни, хотя многие преуспевающие личности подозрительно напоминают такого песика в импортном костюме на задних лапах.
Знаком ли Джо Текс, тем более – ранний, с «Записками сумасшедшего», вопрос открытый.
*
RUFUS TOMAS – FUNKY CHICKEN
Не знаю точно, читал ли Гоголя Джо Текс, но я лично знал суеверного инженера, который панически боялся этой песни.
Потупив голову, он начинал бормотать про «вуду» с первых секунд кудахтанья в колонках. Причем, до того, как «Сердце ангела» показали на большом экране.
Подобно многим будущим интеллигентам, этот человек рос в частном секторе, среди кролей и кур. Только район, где прошло его детство, был далеко от Луизианы. Страх на подсознательном уровне объединяет племена и поколения – иррациональный, необъяснимый страх перед неведомым, не ведает преград, границ и барьеров.
*
ERIC BURDON AND THE ANIMALS – I’M AN ANIMAL
Вот во что способен превратить скромную зарисовку артист, которого не смущают упреки в помпезной высокопарности.
«Казачок» Рубашкина срастается с тоталитарным маршем, и слушателю под конец не до смеха.
С точки зрения зрелого критика – явный перебор. А для малолетнего экстремиста тех лет здесь есть всё, чего не хватает остальным, более сдержанным исполнителям – поющий по-английски заменитель «говорящей собаки», чей голос доносится из темной берлоги твоей собственной души.
Пять минут контакта с фантастическим существом не проходят бесследно для детской психики, тем более когда Эрик Бёрден ревет, как папановский Лёлик в «Бриллиантовой руке».
👉 Бесполезные Ископаемые Графа Хортицы
Далее:
* Пять лошадиных синглов
* Диско-бестиарий Графа Хортицы
* Пять западных хитов о восточной экзотике