Журналист-международник МИХАИЛ ШЕСТОВ: "Вузы, школы, курсы, книжки, синхронные (и прочие) переводчики и профессиональная реклама есть, а английский не учится или не улучшается - ни у учеников, ни у преподавателей (в том числе, носителей языка)". Читайте результаты расследования рынка обучающих программ и курсов на http://supremelearning.ru/library/interview
Публикуем выдержки из международного бестселлера "Да! Вы можете выучить любой язык и научиться эффективно учиться" журналиста-расследователя, педагога-новатора, лингвиста-полиглота, рекордсмена книг Гиннесса и "Диво" (подробнее об авторе смотрите на http://supremelearning.ru/about-author).
Продолжение.
Дальше события развивались следующим образом…
Поскольку эпоха компьютеризации только что наступила и об электронном устройстве, позволяющем свободно набирать информацию, переходя с одного языка на другой, приходилось ещё только мечтать, я (продолжая работать корреспондентом и литературным редактором, как тогда говорили, в "центральной прессе") начал помогать аспирантам языковых вузов "доводить до ума" их диссертации с помощью двух обычных пишущих машинок – одной с русской, второй с латинской клавиатурой.
Это, как вы сами понимаете, было крайне непроизводительно. Тут-то я и обратил внимание, что выполнение (копирование и беглое редактирование) смешанных текстов (например, когда встречается цитата из Шекспира, а затем идёт её перевод с грамматическими комментариями) начало оказывать весьма благотворное воздействие на улучшение моего уровня владения письменным английским.
Причём работа с грамотными английскими текстами, написанными профессионалами, и мои постоянные попытки их редактировать – трудно от этого удержаться, даже если обязался отредактировать лишь русскую часть! – привели к развитию у меня немыслимого доселе навыка – профессионального редактирования текстов на языках, устной формой которых я абсолютно не владел.
Почему "языках"? Дело в том, что прошёл слух, что существует специалист, который работает с невероятной скоростью на "латинской" клавиатуре. И ко мне стали обращаться десятки ученых с просьбой "попробовать" им помочь. И не только в безупречном копировании текстов на родном языке Киплинга и Маргарет Тэтчер, но и на языках Гёте, Робеспьера, Сервантеса, Феллини, Гашека и т.д.
Освоение работы на немецком заняло у меня примерно месяц. На испанском – две недели... Процесс все ускорялся и облегчался. После того, как мне удалось освоить работу на французском за один день (не редактирование, конечно, а копирование), страх – "а вдруг в этот раз не получится" – перед началом работы над первой строчкой на новом для меня языке плавно перешёл в желание "коллекционировать" работу на любой клавиатуре.
Как мне сейчас понятно, именно в это время мне и удалось – тогда ещё скорее интуитивно, чем осознанно – понять, каким образом можно осваивать, разрабатывать, формировать, улучшать, модифицировать, быстро менять на новые прочные (то есть не поддающиеся изменению), обычно вырабатываемые годами условные интеллектуально-моторные рефлексы, которые управляют сложными комплексами движений пальцев, рук, голосовых связок, мышц рта и т.п.
Продолжение следует.
Очный блиц-курс Михаила Шестова в Москве «Статусный английский для неспособных взрослых»