Повестку семнадцатилетнему Васе Пахомову принесли прямо на машинно-тракторную станцию. Он передал свой старенький ХТЗ напарнику ростом «метр в кепке» и поехал на войну. Так началась его дорога домой длиною в два с половиной года. Сначала — в пехоте. Пешком, по-пластунски...
Ветераны говорят, что не было на войне ничего страшнее уличных боев. А каково приходилось ему, семнадцатилетнему, в пробитой насквозь снарядами Керчи. По ночам не мог заснуть: все вспоминал — вот здесь был на волосок от смерти, там чуть не напоролся на автоматную очередь. Когда все же сваливала тяжелая дремота — плакал во сне.
Было страшно. Но сильнее страха — ненависть. Он видел убитых жителей Керчи возле водопроводной колонки. Фашисты с особой тщательностью обстреливали такие точки.
— Я тогда понял, — рассказывает Василий Степанович Пахомов, — что такое ненавидеть.
Ремесло войны — штука жестокая. Не научишься — погибнешь. Мальчишка в солдатской шинели в одной из атак отбрасывал гранаты гитлеровцев. Одна упала чуть дальше. Он не дотянулся. После госпиталя направили учиться на танкиста (вспомнили о его профессии).
Следующий отрезок фронтовой дороги он проехал «с ветерком» до Польши. И чем дальше ехал он от родной Троекуровки, тем ближе становился к ней. Такова логика войны.
Думал ли он о смерти, когда прижали их фашисты к реке с нерусским названием? Путь оставался один — через хлипкий узенький мостик. Наверное, думал. Но была еще наивная уверенность молодости — меня не могут убить. Как это так — я и вдруг исчезну. Ранить, контузить — с кем не бывает. Но погибнуть — нет, эта не про него.
— Все из машины, — скомандовал Василий. — Боезапас долой!
Разогнал он свой Т-34 — и проскочил. За ним прошел весь батальон. Перемахнул на ту сторону механик-водитель, вышел из машины — руки пляшут — а ну как загремел бы...
— Не я, так другой кто-то прошел бы первым, — говорит Василий Степанович.
Он был рабочим войны. И вся его «стратегия» заключалась в одном — скорее добить фашиста. Орден Великой Отечественной войны II степени принял радостно, но не ради наград воевал...
«Спасите злату Прагу!» — этот призыв чехословацких повстанцев застал смертельно уставших танкистов 4-и гвардейской армии генерала Лелюшенко под Берлином. Последовал поворот на 180 градусов, марш-бросок в двое суток через перевалы.
Дошли. Танки окружило сплошное людское море. Перед машиной Пахомова выскочила на дорогу девушка и бросила в люк кулек черешни. Ягоды рассыпались. Сапоги заскользили по педалям.
— Что же ты, милая, наделала, — улыбался Василий. — Как же я машину поведу?
Медали «За взятие Берлина», «За освобождение Праги», «За взятие Будапешта», «За освобождение Варшавы» — путеводитель по Европе получился что надо! И в Австрии побывал танкист...