Хорошо начинать утро затемно!
Чем раньше встаёшь, тем легче организму. Фома любил ранние подъёмы. В доме полумрак и особая тишина. Очень зыбкая. За ночь тепло из дома ушло. Дрова приготовлены со вчерашнего вечера. Тихо нащепать лучины на крыльце и затопить.
Свет настольной только сгущает мрак. Чиркает спичка, неохотно занимается береста. Неповторимый этот запах не надоедает. До чего же сладок! Горожане много теряют, променяв живое тепло на батареи в каменных склепах.
Сегодня утреннее расписание претерпело изменения. Фома с Гердой вели себя очень тихо. Нужно дать хозяйке очага выспаться. Таня нежилась в кровати до полдесятого утра. К этому времени Вожак с Младшей уже были готовы к походу. Путь их сегодня лежит в Лебёдкин, на пасеку. Инспекторский осмотр. Несколько дней Бурелом не был на объекте.
Проникшись серьёзностью ситуации, Герда шла на поводке до Лебёдкина без замечаний.
После Развилки Бурелом отпустил Герду. Накопленная за ночь энергия тут же выбросила её далеко вперёд. У немецких овчарок всегда включены два моста и нет тормозов. Из сырой колеи фонтаном полетели комья грязи, когда Герда устремилась вверх по дороге. Она напоминала маленький скоростной чёрный трактор.
В воротах пасеки Фома привязал Герду. День солнечный, пчела летает. И лучше к ульям псам не подходить. Без истерики не обошлось. Всё время, что Бурелом убирал кирпичи, Герда пела свой плач. Но и радость была велика, когда вернулся Вожак. Домой дошли быстро. Чёрная Молния заметно подросла и не отставала.
С фотографиями первоклассников дело решилось просто. Их напечатали младшие Тырышкины. Вчера они ездили в Бийск и по пути заехали в фотолабораторию. Оказия весьма вовремя. Буреломы смогли заработать на своей первой коммерческой съёмке.
С пасеки наши путешественники завернули в гости к Алексею и Тане. Забрать кадры и поболтать. Причём второму они придавали большую значимость.
Встретил их Алексей. Он всё ещё чинил дымоходную трубу. Завидев гостей, засобирался вниз.
- Карлсонам здраст! – первым поздоровался Фома.
- Здравствуйте, здравствуйте люди, - в своей всегдашней манере отвечал верхолаз.
- Как там Бийск? – не удержался от риторического вопроса Бурелом.
- Стоит, - ответил Алексей.
Разговоры мужчин порой так бессодержательны…
Просто диву даёшься. Обоим было всё равно до Бийска. Как и до всех городов мира. Они предпочитали вольное житьё. Простор, а не камень.
- Смотрели камеру для Тани, - поделился Алексей, - Тридцать тысяч просят.
- Взяли?! – обрадовался было Бурелом.
- Да нет. Приценились пока. Телевизор взяли, за двадцать.
- Афигеть! Мля… Зомбоящик за такие деньги. Ну, ты даёшь! - ворчал Фома.
- Могу!
- Ага, это ты можешь. Ты камеру Тане уже пятый год берёшь! Пора бы, - выговаривал другу Фома.
- Возьмём, возьмём, - отделался обычным Алексей.
- Фотографии вам напечатали. У Тани забери, - сказал Алексей после непродолжительного молчания.
- О! Это гут! Если бы не вы, мы в холостую бы сработали, - обрадовался Бурелом.
Пришёл Дед:
- Привет честной компании!
Компания уважительно поприветствовала Степаныча.
- Сегодня пчёл будем забирать? – спросил Деда Фома.
- Надо Лёша, надо. Погода самая та.
- Во сколько приходить? – подтвердил готовность Бурелом.
- Давай к пяти. В самый раз будет, - решил Дед.
Степаныч ушёл. Вслед за ним засобирался и Фома:
- Ёлки! Час дня уже. Обед пропустили. Побегу я. Увидимся.
- Давай. Беги, - напутствовал их Алексей.
Продолжение следует...