Когда в Челябинске случилась «Дорожная революция», жители города почувствовали ухудшение качества жизни. Казалось бы, вот оно счастье!!! Широкие, закатанные в асфальт улицы радовали автомобилистов стоянием в пробках теперь не в двух полосах, а в четырех. Никакой зелени. Ни в центре, ни на окраинах. Тротуары? А зачем работающим с утра до вечера людям шататься в безделии по улицам? Работа — дом. Наверное так думали чиновники в костюмах, напоминающих оперение королевских пингвинов, когда принимали решения по нехитрому апгрейду городских магистралей. Должна заметить, что люди терпели. Терпели и чего-то ждали. Но потом взвыл малый бизнес. Стали закрываться заведения, которые находились на центральных улицах. Те, кто процветал в середине нулевых, почувствовали первые признаки надвигающейся катастрофы. И дело было совсем не в конкуренции. То есть, новые кафешки, кофейни, суши-бары не открывались, а в старые люди просто перестали ходить. Да, люди перестали гулять. Жизнь людей тихим сапом превращалась в унылое существование в своих панельных берлогах. Тогда владельцам заведений нехитрого челябинского общепита пришлось на скорую руку свернуть свой малый-малый бизнес: распустить персонал, продать оборудование и навострить лыжи в более успешные и перспективные регионы. Именно тогда пошла мода на Краснодарский край. (Помните, как мы радовались, что Россия примет олимпиаду в Сочи?) Тот, кто в жирные нулевые умудрился сколотить хоть какой-то капиталец и понимал, что в южном направлении скоро потекут реки денег, стал быстор-быстро распихивать в кожаные чемоданы свои брендовые шмотки. Квартирный вопрос в те времена все еще можно было довольно неплохо решить. Кстати, о брендовых шмотках. Челябинск и так не был избалован присутствием в городе европейских марок, но то, что было, радовало среднестатистических челябинцев ощущением причастности к западному кэжуалу. Настал момент, когда кое-какие бренды попросту исчезли в неизвестном направлении, спасаясь, видимо, от банкротства. Кстати, новые так и не пришли. Тучи над челябинским людом сгущались все сильнее. Зато примета времени — торговые центры все еще росли как мухоморы после дождя. Вот интересно: кто-нибудь из топов и директоров этих ТЦ задумывался о том, что будет с этим неликвидным активом, когда последний арендатор помашет ручкой и растворится в тумане?
Между тем, нарисовалась новая проблема. Апологеты «Дорожной революции» и, по совместительству, отцы города/области со всей этой королевской ратью отчего-то решили, что можно все. У людей начали отжимать бизнес. Нет, конечно, заваливать как в девяностые было уже не модно, но вот интеллигентно забрать себе понравившийся кусочек земельки или с хитрым прищуром вынудить продать на невыгодных условиях дело жизни с развитой инфраструктурой и клиентской базой — это вполне. Многие, разорившись и разочаровавшись, поехали возрождаться из пепла в другие области. Например, в Екатеринбург. Кстати, о Екатеринбурге… Именно тогда начался его расцвет. Международный аэропорт в Кольцово не шел ни в какое сравнение с местечковым «Баландино», из которого можно было улететь, разве только в страны Средней Азии. А ведь были времена, когда из челябинского аэропорта можно было отправится до Ганновера, а через Храброво — в любую точку Европы...
Как ни печально, но тогда еще добрая часть населения Че сюзнула без сожаления.(Продолжение следует)