Уже которое утро подряд просыпались они под шелест дождя…
Значит, прогулке снова урезанной быть. Вожак с Гердою согласно вздохнули. И вышли в мокрядь…
До семи утра Бурелом не отрывался от компьютера. Материала много, времени мало. Затёк телом и решил выйти на веранду. Дождь исчез. Удивительно, но факт. Они ещё успевали в гости к Хану.
Игра сегодня не клеилась. Герда больно кусала друга за морду и тут же пряталась за Вожака. Хан долго терпел выходки Чёрной Юницы. Лишь взрыкивал и укоризненно на неё глядел. Однако лопнуло и его долготерпение. Он слегка поучил Герду. Взвизгнув, она снова прижалась к ногам Вожака. Затихла. Глянула на Фому. И прочла в его глазах:
- Меру разумей!
Протяжно вздохнув, отвернулась от всех. Никто нас, девочек, не понимает. Вот Таня бы её пожалела…
Хан устал ждать благосклонности юной барышни и ушёл. У доброго пса всегда дела найдутся. На Герду это подействовало отрезвляюще. С кем ей теперь играть?!..
Выручил, как всегда, Вожак. Свистнул Хана и тот явился, подобно листу из сказки. Пришлось псам помириться. Для этого хорошо подошли догонялки по мокрой траве. Кувыркались, шли юзом, падали. Веселились не стесняясь.
Бурелом напоминал новогоднюю ёлку. Столь обвешен был камерами. Но фотографический бог судил иначе.
- Ты Фома сегодня не спеши на кнопки жать. Просто наблюдай за псами. Своими двумя, а не одним стеклянным глазом, - наставлял он, одновременно включив мелкий дождь.
Камеры так и остались в кофрах.
Дождь перестал, когда Бурелом с Гердой подходили к имению.
Пчёлы вышли в поле около часа дня. Фома даже успел подремать под черёмухой, укрывшись курткой. Потом он долго сидел сбоку от 13-го улья и наблюдал. Что он хотел увидеть? Разгадать тайну их танца? Так ведь он не учёный. Вряд ли получится. А может его просто заворожил этот небыстрый хоровод? Одно можно сказать с уверенностью: он не спал.
На пасеке ожил ручей. После четырёх суток дождей. Но хватило его песен всего часа на три. И вновь умолк певец.
Домой Фома ушёл в три пополудни. Они планировали поездку на перевал связи. Перепрыгивая через Лебёдкин ручей, Бурелом едва не упал. Так он вздулся за крайние дни. Дорога раскисла, и скоро вместо ботинок Фома тащил на ногах огромные копны грязи. Идти было тяжело. Но он будто не замечал этого. Как лёгкий танк пёр он в гору. Спешил к своей стае.
Дома ждал его царский обед. Сочная яишня со свежими помидорами, зеленью и ядрёной горчицей. Уже год, как не едали Буреломы такого деликатеса. Добавьте к этому салат из зелени с помидорами же, заправленный подсолнечным маслом. Это очень вкусно!
За обедом Таня «обрадовала» Фому. Планшет заряжен лишь наполовину. А электричества нет с утра. На топливо жёсткий лимит. И сеанс связи был перенесён на неопределённое время. Однако никто не расстроился. Решили сразу после обеда идти на прогулку в Борискин. Давно та мне были. (Прогулка описана отдельным постом)
На Запад я смотрел…
И ничего хорошего не ждал…
Вечер надвигался…
Ночь удивила Бурелома холодом и огромными звёздами…
Снято Canon EOS 7D, объектив Canon 18-200