Конечно, всегда приятно, когда отечественные имена попадают в мировые чарты. Справедливости ради, это не такая уж редкость. Особенно в разделе «Классика». Так, например, на 19-ом месте того же Billboard, аккурат за нашим сегодняшним героем, пианист Евгений Кисин. Да и не сразу разберешь, что «Melting» Nico Cartosio – это музыка made in Russia. Или всё-таки нет? Давайте разбираться!
Я представляю себе великого и ужасного Николая Картозию. Высоченный, в очках с массивной оправой, с дерзко торчащим кверху вихром. Он выходит с заднего сиденья своего шикарного чёрного мерина, проходит по коридору собственного телеканала, сотрудники смотрят на него преданными глазами, а он вызывает их к себе в кабинет, мечется, беснуется, и длинным хлёстким кнутом выбивает из них доли, рейтинги и «Тэфи».
И вдруг я вижу, как тот же человек сидит за роялем под дождём на мосту Микеланджело в Риме и строит глазки прелестной девушке почти вдвое младше его. В аннотации к клипу Melting автор рассказывает настолько романтичную и наивно-прекрасную историю, что лучше почитайте сами.
Имя композитора Николая Картозии мы видели в титрах к его фильмам про Соколова и Бродского. И, как он сам признавался в недавнем интервью Пивоварову, распространяться про своё увлечение он не любит. По крайней мере, на родине, где его знают в другой ипостаси. Но на Abbey Road не ездят, чтобы записать пару треков для домашнего архива. Вот и появился Nico Cartosio – мечтательный европеец, судя по фамилии, итальянец, который любит согреваться кофе с самбукой и рассуждать о том, как сбежать от всего и переродиться заново.
Большой ребёнок восторженно смотрит, как его музыку играет настоящий оркестр. Дирижер из фильмов про Гарри Поттера, сведением и мастерингом занимаются обладатели «Грэмми». Детская мечта становится реальностью. Спонсор – один из лучших российских медиаменеджеров.
Но ведь на то Картозия и продюсер, чтобы каждый вложенный, пускай даже и в любимое хобби, фунт не просто отбить, а – приумножить. У клипа на заглавную песню альбома уже более 5,5 миллионов просмотров. В комментариях – сплошной мёд. Дебютанта называют восходящей звездой, революционером и даже гением. Не будем столь категоричны и пока остановимся на более скромном определении от слушателей – «очень приятная музыка».
Эстетика альбома нарочито западная. Карнавально-размашистый Cocaine March, хор, поющий на латинском, в The Longest Night In Limbo и наконец заключительная баллада Song For A с невероятно взрослым вокалом 13-летней Angelina Jordan. Создаётся впечатление, что слушаешь саундтрек с прописанными темами для каждого персонажа, перипетиями и даже песней на финальные титры. Осталось к нему снять фильм. Причём, мне кажется, в рамках полуторачасового экранного произведения эти композиции будут работать лучше, чем в отдельно снятых видео на них.
Музыка эта действительно очень кинематографична. Вот только слушая её воображаешь себе уж точно не русские берёзки, а скорее деревушку в заснеженных Альпах, или венецианские переулки. Ну нет на наших просторах такой la Grande belezza, про которую написаны эти ноты. Да и сам автор не раскрывает своё происхождение. Все описания – исключительно по-английски. Так что на счёт made in Russia могут быть варианты.
И давайте будем честными, если бы это был не генеральный продюсер телеканала «Пятница», стали бы про его альбом в Billboard писать отечественные немузыкальные СМИ? С другой стороны, зарубежная публика полюбила Nico Cartosio, не ведая о заслугах его alter ego. Причём с первого взгляда.