Судьба Гогена невероятна, значение его фигуры в живописи неоспоримо, а его образ жизни отталкивает.
В возрасте 35 лет Гоген вдруг решил, что он должен стать художником. Ничто, в общем-то, беды не предвещало. Любил человек рисовать для себя, работал брокером, женился, родил пятерых детей, только спутался как на грех с этими импрессионистами.... Но тут, конечно, не только импрессионисты виноваты. Гоген - человек удивительной судьбы, и несчастной. Уже к 7 годам он повидал Перу и Францию, жизнь миллионера и бедняка, сменил тропические пейзажи на скучные французские, заменил испанский язык на французский, потерял отца.
Когда Полю нужно было выбирать профессию, он уже не мог выбрать что-то обычное. Слишком уж жизнь его помотала в детстве, он много видел, и никак не хотел, чтобы красочные пейзажи далеких стран остались лишь в детских воспоминаниях. Гоген пошел работать в торговый флот и пустился в новые путешествия: увидел Индию и Южную Америку, а потом, видимо, решил остепениться. Он стал биржевым брокером, женился, как говорят, на грубой датчанке, родил пятерых детей, стал молчаливым и замкнутым. Единственной его отдушиной стала живопись. Такая своего рода арт-терапия.
И вот к 35 новая жизнь Гогену осатанела, и он бросил работу, жену с пятью детьми и отправился на Таити, прям как попугай Кеша. Там до одури напивался абсентом и жил с девушками, которые были не старше 15 лет, и писал счастье. Вскоре привело его к сифилису, но отнюдь не побудило его вести более здоровый образ жизни. Это был какой-то поиск и одновременное самоуничтожение. Нищета, голод, одиночество, алкоголизм, попытка самоубийства, возвращение во Францию, опять кардинальная смена образа жизни: первобытный дикарь стал европейцем. Однако, Гоген был совсем не признан современниками: он жил в полнейшей нищете. И вторая попытка самоубийства в 54 года ему все же удалась.
возможно сказать, в какой период своей жизни он был счастлив...и был ли хоть когда-нибудь. Может, в глубоком детстве...
Гоген один из самых значимых постимпрессионистов. Его считают основоположником примитивного искусства: отсутствие светотени и объемов, насыщенные цвета, линейная перспектива заменяется на резкие переходы ярких красок.
Гоген хотел быть дикарем, он хотел писать естественную жизнь, таитянских женщин, тропическую природу. Это он предпочитал серому Парижу, и это, видимо, приносило ему счастье. И на его картинах мы видим простое счастье от абсолютно материальной жизни, не отягощенной философскими размышлениями. Это не счастье, а покой.