Было это в Белоруссии. Шли бои жестокие. Упирался, вгрызался в землю младший сержант Степан Аверьянов, чтобы в родные края врага не пустить. Но немец был сильнее. И попал Степан с частью своей в окружение. И ни в жисть бы не взял его немец в плен, если бы не тяжелое ранение да контузия. В концлагере духом не пал. Несмотря ни на что, бежал. В партизанский отряд пришел.
В сорок третьем стало легче дышать. Красная Армий наступала. Партизанский отряд влился в стрелковый полк. И пошел Степан с неразлучным своим пулеметом на запад.
Сходу форсирована Десна. Вплотную подошли к Сожу. Но немец есть немец — вояка отменный. Укрепился на крутом противоположном: берегу. Накрыл наступающих таким плотным огнем, что от земли не оторваться. Спасибо, «катюши» да артиллеристы выручили. Под их прикрытием десант форсировал реку. В числе первых ступил на западный берег Степан Аверьянов. А фашисты — в контратаку. Но ничего не вышло у них: не сбросили с плацдарма смельчаков. Аверьянов с товарищами обеспечил переправу пехоты. А та — в наступление, родная земля звала, люди ждали. За этот бой Степану Аверьянову награда самая почетная солдатская — медаль «За отвагу». Вскоре Степан Васильевич коммунистом стал.
Наступление продолжалось. Полк Аверьянова на Бобруйск шел. Потом приказано было обойти этот город. Другие части его окружили. Так немцы и оказались в «Бобруйском котле». А Аверьянов прошагал вместе с полком по мосту через Березину. И быстро — вперед. Немцев же впереди нет и нет. Тут приказ: отобрать сорок смельчаков и вернуться им к реке. Немцы могут из «котла» прорваться к мосту. Попал в эту группу и Аверьянов. Обидно ему: полк на запад пошёл, а он вот роет окоп. В тылу «загорает». Не отдыхает и не воюет.
Но ошибался Степан, ой как ошибался. Не успело солнце перевалить за полдень, а немцы тут как тут. Прорвали окружение — и на мост. Через Березину рвались. Не было еще такого боя на памяти Степана Аверьянова. Похлеще, чем на Соже. Советских бойцов горстка, а фашистов тьма тьмущая. Осатанел Степан от натиска немцев. Накатывались они волна за волной. Осатанел от шквала огня и грохота взрывов. Подумал тогда: вот он, ад, которым бабка в детстве пугала. А может и пострашнее. Немцы готовы все смять, раздавить, уничтожить.
Сколько дисков разрядил, счет потерял. Вот упал пулей сраженный Кондратенко — товарищ по партизанскому отряду. Реже становятся выстрелы других бойцов. Потом и они прекратились.
«Один остался, совсем один», — подумал Степан.
Но ошибся и здесь Аверьянов. Было еще двое. Это саперы, свидетели его боя. Они мост заминировали и готовы чуть что рвануть его.
Все гранаты собрал, что были в окопе. Не поднимаясь, метнул одну из них. В самую гущу наседавших попал. У немцев замешательство.
Аверьянов мигом через бруствер окопа перевалился. Быстро с убитых вещмешки снял. Обрадовался, нашел в них, патроны. Увидел, что немцы опомнились. Нужны гранаты. Заметил их на поясе Кондратенко. Снял — и в немцев. Те залегли. Степан успел зарядить полтора диска. Больше патронов не было.
А в голове одна мысль:
«Надо продержаться, Степан... Надо...»
Больше бил одиночными. И только в крайнем случае — короткой очередью.
А немцы уже совсем близко. Последняя короткая очередь и — смолк пулемет. Что было потом, почти не помнил. Видел только убегавших от моста немцев.
...Солнце к закату, и подмога пришла. Из родного полка. Но в живых никого бойцы не нашли. И Аверьянова — тоже. У моста — груда трупов. Не менее трехсот фашистов. Нашлись и очевидцы этого боя — двое саперов. Они-то и рассказали командиру полка о подвиге пулеметчика Степана Аверьянова. А тот приказал:
— Всех смельчаков — к награде. Аверьянова — к званию Героя. ...Посмертно.
Но Степан Аверьянов не пал в том бою. Оглушенный боем и взрывом моста, он скатился с обрыва, к реке. Где вброд, а где вплавь, перебрался на противоположный берег. Но догнать свой полк так и не смог. Попал в другую часть. Так и дошел с неразлучным пулеметом до Эльбы. Там и встретил День Победы.
Вернулся солдат домой. В село родное — Паниковец. Через день — другой — в Елец. В военкомат на учет стать. Долго, уж очень долго вчитывался военком в свидетельство о демобилизации. Затем спросил:
— Вы — Аверьянов? Степан Васильевич?
— Так точно. Я самый.
— Живой, значит?
— Живой...
— А ведь тебе, дорогой мой Степан Васильевич, высокое звание присвоено — Героя Советского Союза. Мы вот тут документы получили.
И поехал Степан Аверьянов в Москву, а оттуда с Золотой Звездой Герой вернулся да с орденом Ленина...