Девочка ест быстро, как оголодавшая кошка, отрывая от куриной ножки большие куски и вгрызаясь в кость. Гречневую кашу глотает не разжёвывая, боясь, что отнимут. Дора всплёскивает руками и стараясь не спугнуть подкладывает в тарелку новую порцию. Я сижу с хмурым видом, потягивая вино из кружки и косясь на плохо затёртое пятно крови на полу.
С утра таверна пуста, снаружи доносится вялый бой корабельных колоколов и стук бортов. Я забросил в рот пару ложек каши, нехотя откусил от куриной ножки и запил вином. Подумав, подвинул тарелку к Кристе, девочка набросилась с жадностью. Дора взглянула на меня с упрёком. Утром нужно есть, а я только вина выпил.
Расплатившись, вышел на улицу, Криста последовала хвостиком, пристроилась по левую руку. Стражи на воротах проводили нас хмурыми взглядами, старший помахал рукой, я нехотя вынул руку из кармана и помахал в ответ.
— А почему вы горбитесь? — голос Кристы разорвал тягостное молчание.
— Чего?
— Ну вы горбитесь, слегка, но это странно... Вы же воин!
— Я не воин.
Девочка удивлённо склонила голову на бок, коснулась кончиком пальца нижней губы.
— Тогда вы, наверное, профессиональный ассасин?
— Нет.
— Ничего не понимаю...
— Я тот, кому не стоит переступать дорогу. Вот и всё.
— Ладно...
Дорога вильнула вдоль обломка скалы с чахлым деревцем на вершине, и нам навстречу выметнулся отряд тяжелой конницы во главе с рыцарем в фиолетовых доспехах. Криста пискнула и юркнула мне за спину, соскочив с дороги. Я медленно повернулся, спасая плечо от случайного толчка. Всадники пронеслись, мимо поднимая столб пыли, сухой и едкой, крайний усмехнулся и оттянув постарался пнуть меня в висок.
Я мотнул головой, окованный носок сапога чиркнул по волосам, а всадник, не рассчитав зашатался в седле. Лицо налилось дурной кровью, всадник бросил ладонь на рукоять меча и застыл, поймав мой взгляд. Кровь отхлынула, а лицо стало похоже на маску из пожелтевшей бумаги. Всадник что-то выкрикнул и пришпорил коня, животное испуганно взвизгнуло и обгоняя колонну скрылось за поворотом.
— Проклятье... — процедил я. — Быстро с дороги, в лес.
Девочка послушно прыгнула с насыпи, и увлекая маленькую лавину из комьев земли и камней скрылась в кустах. Я прыгнул следом, подхватил её на плечо и побежал, лавируя меж деревьев. На дороге начался крик, суматошное ржанье, я сцепил зубы и перепрыгнул мелкую речушку игнорируя писк и крики Кристы.
Голоса всадников затерялись среди деревьев, я остановился под раскидистым дубом и осторожно поставил девочку на ноги. Криста плюхнулась на толстый корень, судорожно огляделась, будто выискивая нечто за деревьями. Я опустился напротив тяжело дыша и мысленно проклиная тело.
«Сдал, сильно сдал за эти четыре года. Ещё немного и совсем развалюсь. Замечательно.»
— Господин, а почему вы не убили его? За такую наглость!
Я смерил малявку взглядом, волосы взъерошены, похожи на рыжие иглы ежа, а зелёные глаза пылают праведным гневом. Из груди вырвался тяжелый выдох, я поднялся уперевшись ладонями в колени.
— Нет причин убивать.
— Но! Он же хотел вас пнуть!
— И что? Не пнул же.
— А если бы пнул?
— Значит я совсем ослаб. — ответил я, пожимая плечами.
— Но...
— Ни каких «но». Вставай, надо идти.
— А куда мы идём?
Девчонка бодро вскочила и с интересом воззрилась мне в глаза. По ветке над головами пробежала черная белка, с острыми кисточками на ушах. Замерла, глядя на нас и юркнула в едва заметное дупло. Я прислушался к лесу, стараясь поймать в шуме листвы шаги людей и лязг доспехов. Всадники, конечно, не должны пойти за нами, тем более пешком. Но есть в них нечто странное...
После четвертой войны, эти земли ушли альянсу. Откуда тут мог взяться отряд тяжелой конницы, да ещё с рыцарем человеком? И что они ищут в портовом городишке? Уж явно не переправы...
— Господин Зимр... Зимор... Зимородок?
Голосок рыжей оборвал мысли.
— А?
— Так куда мы идём? Тренироваться?
— Нет. К прибрежным эльфам.
— А зачем?
— Да так, проведать знакомую...