Он решительно ничем не прославился, но стал родоначальником знаменитой династии
Необразованностью пошёл в отца
Плод любви Цесаревны Екатерины и блестящего офицера Григория Орлова до 13 лет даже не имел фамилии. Он родился в короткое полугодовое царствование мужа Екатерины – Петра III – и сразу после рождения был отдан на воспитание в семью камердинера Екатерины – Василия Шкурина. Тот был настолько предан своей госпоже, что в тот день, когда она рожала, поджёг свой дом, чтобы отвлечь внимание Петра III, так как знал, что тот любит бегать смотреть на пожары.
В восемь лет Алексей вместе с сыновьями своего воспитателя был отправлен в пансион за границу, в Лейпциг. То ли обучение там было поставлено из рук вон плохо, то ли сын Императрицы сам не отличался прилежанием и умственными способностями. По его возвращении в Россию в 1775 году Алексей, по свидетельству Ивана Бецкого, знал только азы арифметики и что-то из географии; правда, говорил по-немецки и по-французски.
Дальнейшее шефство над отпрыском Государыни взял Бецкой, её секретарь и директор Воспитательных домов. Тогда же Алексею была присвоена фамилия по названию села, купленного для него Императрицей. Формальный курс обучения Бобринский закончил в Сухопутном кадетском корпусе, однако реальными знаниями он не овладел, а после выпуска нигде не служил; ему автоматически присваивались очередные звания.
Расточительство и помещение под опеку
Бобринский получал в виде процентов с капитала, положенного Екатериной на его имя, по 3000 рублей ежемесячно. Кроме того, Императрица регулярно высылала ему деньги по его просьбам и баловала своего сына. Это не пошло ему на пользу: он увлёкся азартной игрой и волокитством за иностранными красотками. Денег ему постоянно не хватало, он влез в крупные долги. В конце концов, по приказанию Императрицы, в 1788 году граф Семён Воронцов привёз его в Россию.
Екатерина определила Бобринскому для жительства город Ревель, где он находился фактически под домашним арестом. Надзор за ним был поручен очередному фавориту Императрицы графу Петру Завадовскому. 34-летний мужчина находился под опекой и считался не вполне дееспособным! Бобринский так и не получил полного прощения от своей матери. Только её сын, Павел I, снял ограничения на передвижение Бобринского и даже пожаловал ему титул графа. К тому времени Бобринский женился, остепенился и переехал жить в своё имение, где и скончался в 1813 году в возрасте 51 года.
Знаменитые потомки
Более замечательны дети Бобринского. Он женился в 34 года на баронессе Анне Унгерн-Штернберг. Дочь Мария была замужем за князем Николаем Гагариным, считалась очень умной и образованной, но скоропостижно умерла в 37 лет. Старший сын Алексей стал инициатором разведения сахарной свёклы и создателем сахарозаводской индустрии в России. Средний сын Павел, правда, отличался беспутным нравом и в 29 лет погиб на дуэли.
Самую большую известность получил младший сын Василий, член «Южного общества» декабристов (впрочем, не все источники это подтверждают). По примеру старшего брата он также занялся разведением сахарной свёклы, а также ценных пород дерева в лесопитомниках. Его сын Алексей был в конце 19 века московским предводителем дворянства и членом Государственного Совета, а внук Алексей (праправнук Екатерины) стал всемирно известным археологом и этнографом.
Не менее примечателен бастард Алексея Бобринского, родившийся за два года до его женитьбы, Николай Райко, прославившийся участием в войне за независимость Греции и почтённый многочисленными наградами от греческого правительства. Из-за этого ему в России было запрещено поступить на военную службу.
Если вам понравилась публикация - не забудьте:
- нажать "палец вверх";
- подписаться на канал;
- оставить комментарий.
Еще больше материалов на нашем телеграмм канале
История Российской Империи. Подпишись