Тьма как метафизическая субстанция
Подписывайтесь на наш канал, ставьте лайки
Дорогие друзья, с вами вновь автор книги «Пули, кровь и блондинки. История нуара» специалист по ретрокультуре, историк Андрей Васильченко. Сегодняшним нашим сюжетом мы начинаем серию материалов, в которых мы будем исследовать и анализировать важнейшие для нуара моменты – тьму и черный цвет.
Не случайно нуар как сверх-жанровая матрица (обер-жанр или мета-жанр) переводится с французского языка (noir) как «черный». Тьма как социокультурное явление, в первую очередь присуще для нуара. Тьма является особой мифологической и мифической субстанцией, о чем говорит нам, например, Библия. Изначально сотворённая земля «была пуста … и тьма над бездною». И при этом мы обнаруживаем, что тьма была явлена раньше света, то есть была «изначальной». Однако это не изначальная жизнь, а именно изначальная пустота, в которой не было признаков жизни. По этой причине прорыв тьмы в нуаре, это проявление внутренней опустошенности. По этой причине мы можем говорить о том, что нуар – это радикальный прорыв к подспудному, но к самоустранению. При этом мы должны понимать, что черный является изначальным цветом. Хотя с формальной точки зрения черный (равно как и белый) это не собственно цвета – черный это всеобщее поглощение любых цветов. То есть черный это всепоглощающая тьма, она не враждебна жизни, она просто отстранена от неё
Однако во многих мистических и религиозных системах тьма является символом, которой ассоциируется с черным цветов. Это является не уничтожением жизни, а её перерождением, субстанцией, которую принято ассоциировать с первобытной ночью, в которой происходит рождение мира. При этом нельзя ассоциировать друг с другом тьму и хаос. В греческой мифологии это разные явления. Хаос – это ничто, а тьма – это родительское состояние, таящееся в далекой пещере. Она способна растворить в себе буквально всё, а потому её черные крылья вызывают ужас, даже у Олимпийских богов в главе с Зевсом.
Опять же, если мы посмотрим на античную мифологию, то её порождениями являются персонажи, которые можно назвать роковыми и фатальными. Например, мойры или Немезида. По этой причине появление в нуаре такого типажа как роковая красотка (femme fatal) вполне логично, так как она является порождением тьмы («Ты уйдешь, но приходит злая ночь, Ты её признайся дочь»). Однако не стоит забывать, что черный цвет — это также цвет плодородия. На это указывают египетские культы. Это не только цвет плодородной земли, но и цвет обильных туч, которые готовы излиться на почву живительно влагой. Тьма в нуаре также плодородна, правда, она порождает идеи и действия, как правило, идущие в разрез с приличиями и установлениями «дневного общества». Однако надо помнить, что «ночью все кошки серые», то есть тьма в нуаре — это еще «Великий уравнитель», который устраняет цветовые различия
Устранения как разновидность воздаяния невольно взывает к древним культам, воспроизводя в памяти Кибелу, Цереру, Гекату, Изиду, Кали. Черный как цвет с одной стороны земли, с другой стороны воздаяния, позволяет увидеть иное качество той же самой земли. Это среда, в которую уходят умершие. Это воссоединение с первоначалами, постижение истины через смерть. В нуаре главный герой нередко гибнет, что является избавлением. Если проводить ассоциации с философией Платона, то это выход из «пещеры» (вспоминаем знаменитый диалог о «пещере» и тенях на стене). Выход из пещеры как прорыв в мир блистательных идей. По этой причине многие герои классического нуара буквально идут навстречу смерти. Они хотят прогрузиться во тьму, чтобы прорваться через мембраны реальности и явить себя уже на её светлой стороне.
Завтра мы продолжим разговор о тьме и черном цвете в мифологическом и мистическом восприятии нуара, а потому не забывайте читать наш канал. Будем признательны за лайки! Искренне Ваш Андрей Васильченко