Встать, суд идет!
В зал входит судья высшей категории – Жизнь. Сегодняшнее заседание обещает быть самым скандальным (с точки зрения прессы) и самым важным (с точки зрения истца и ответчика).
Заседание объявляется открытым. Слушается дело «О мошенничестве в особо крупных размерах в отношении особо важных вопросов».
Дамы и господа, первое слово предоставляется обвиняемому.
Обвиняемый, встаньте! (обвиняемый, озираясь с опаской, приподнимается и делает легкий кивок в сторону судьи).
Имя – Невроз Неоправданных Ожиданий, он же известен под фальшивыми кличками «Невроз Любовный», «Влюбленность», «Любовная зависимость» и даже «Любовь». Использование последнего имени относится к особо отягчающим обстоятельствам, так как роняет тень на репутацию одного из уважаемых свидетелей, показания которого, вполне возможно, будут также рассмотрены в ходе сегодняшнего заседания (Любовь, понимающе кивнув в знак согласия, встала в полный рост и взглядом поприветствовала всех собравшихся, раздались восхищенные аплодисменты).
Тишина в зале! (аплодисменты нехотя прекратились).
Жизнь: Обвиняемый, понимаете ли вы суть предъявляемых к вам претензий? Хотите ли сделать чистосердечное признание?
Невроз: Да, госпожа судья, суть претензий понимаю, хотя и не разделяю мысли о том, что я виновен. И – нет, госпожа судья, чистосердечного признания делать не собираюсь. Ибо считаю себя обвиненным совершенно несправедливо.
(гул в зале, стук молотка, призывающий всех к порядку)
Жизнь: Ясно! В качестве обвинителя выступает Семья. Вы хотите что-нибудь сказать в начале нашего заседания?
Семья: Нет, ваша честь. Предпочитаю высказать последовательно всю суть претензий чуть позже, в ходе нашего разбирательства.
Жизнь: Хорошо. Тогда – приступим. Семья, вам сразу и слово. Начнем. В чем суть обвинений?
Семья (слегка прокашлявшись, бросив взгляд на листки с записями перед собой): Господа, несмотря на огромное количество материалов, имеющихся у меня в качестве доказательства вины подсудимого, я не буду утомлять вас слишком долгими речами, ибо часть из этих доказательств известна абсолютно каждому из присутствующих. Сосредоточусь на главном.
Самое тяжкое в преступлении Невроза – это злостная маскировка под всеми уважаемую и присутствующую в нашем зале Любовь. Поскольку слава Любви общенародна, прикрытие ее добрым именем позволило Неврозу проникнуть в мое жилище и установить там свои порядки, пользуясь моей доверчивостью и склонности верить официальным бумагам и титулам.
Невроз (полушепотом, с кривой ухмылкой): На дурака не нужен нож…
(в зале поднялся возмущенный гул, судья цыкнула на подсудимого, хмуро взглянув на него из-под сердитых бровей).
Семья: Разрешите, я продолжу (кхм). Так вот, на руках у обвиняемого были все необходимые официальные бланки: бланк за подписью канцелярии Средств Массовой Информации, бланк за подписью Культуры и даже бланк, заверенный лично Искусством, с приложенными подписями Поэзии, Литературы, Кино и Живописи. Сомневаться в подлинности этих подписей мне даже на ум не пришло, и поэтому Неврозу, представившемуся под именем «Любовь», мною сразу же были даны все полномочия в деле управления всем обширным пространством Отношений (в это время кто-то в зале даже упал в обморок от возмущения, и рядом сидящие бросились на помощь, восклицая «воды!» и «да расступитесь же, не видите, человеку плохо!»; после этой небольшой заминки Семья, получив утвердительный кивок судьи, продолжила).
Так вот, про подсудимого. Получив властные полномочия, Невроз стал планомерно и неуклонно приводить все хозяйство Отношений в упадок. К сожалению, я поздно спохватилась, так как привыкла чтить официальные бумаги и считала, что данные разрушения есть лишь следствие проводимого строительства, и лелеяла надежду, что скоро все встанет на свои места. Однако ситуация лишь ухудшалась. А именно: все жители пространства Отношений были снабжены неверными инструкциями, отчего их действия приводили к непоправимому ущербу, усугублявшемуся день ото дня. Так, людям было сказано, что все распоряжения Невроза должны исполняться неукоснительно, и что причиненный в результате выполнения этих распоряжений ущерб есть неотъемлемая часть Настоящей Любви, и поэтому стоит быть благодарными за эти разрушения, продолжая выполнять спущенные сверху инструкции. Суть неверных инструкций сводилась к следующему:
1. Неврозом были распространены ложные сведения о том, что настоящее право на Отношения могут получить только те люди, которые получили явный сигнал от самого Невроза: сигнал о том, что встреченный человек – это «тот самый». Причем, ситуация усугублялась еще и тем, что «тот самый» человек, по официально распространяемым данным, может быть только один. И если вдруг кто-то смел предположить, что данные «о единственном избранном» ложные, то сразу же подвергался официальному гонению и общественному осуждению, получая ярлык «неромантик» и «черствый сухарь, живущий не сердцем».
2. Выбор «единственного» партнера для совместной жизни должен делаться исключительно по подсказке и официальному разрешению Невроза. Это значит, что люди, совершенно не знающие друг друга, принимают решение о пригодности друг друга для совместной жизни лишь на основании малочисленных признаков сходства или привлекательности. Причем, официальное разрешение на вхождение в Отношения Невроз подписывал именно опираясь на эти малочисленные признаки, заполняя остальную часть договора о взаимном пользовании Отношениями в совершенно свободной форме: вписывались фиктивные взаимные мечты и планы (причем, в каждый экземпляр договора вписывались разные данные, которые потом не рекомендовалось друг другу разглашать), вписывались многочисленные права и обязанности (опять же, без права разглашения сразу, а лишь после вступления в Отношения, много времени спустя).
3. Главным содержанием совместной жизни в Отношениях было объявлено выяснение договорных нестыковок в мечтах, планах, правах и обязанностях. Чем, собственно, люди и занимались, разрушая себя, пространство Отношений, жизнь своих детей и кляня на чем свет стоит Любовь, под именем которой и представлялся всем Невроз.
Следствием всеобщего выполнения этих противозаконных инструкций стали:
1. Разрушенные личности участников совместной жизни в Отношениях.
2. Их подорванное здоровье.
3. Изломанные личности их детей, которые, видя родительскую жизнь по «законным» правилам, заранее принимали на веру правомочность этих правил, воспроизводя их затем совершенно автоматически в жизни собственной и даже не сомневаясь в том, что подобная несуразица должна быть пересмотрена.
(Семья смущенно замолчала, потупив взор, но потом все же продолжила): Я, честно говоря, и не могу, и не имею права осуждать этих ни в чем не повинных детей, потому что и сама, чего уж греха таить, долгое время была в бюрократическом плену. Черт бы побрал эти официальные разрешения!
Жизнь (строго взглянув на Семью): Я прошу вас обойтись без эмоциональных всплесков. Вы, как лицо должностное, тоже должны знать, что все официальные документы нужно проверять у Здравого Смысла. У вас есть еще что сказать в поддержку обвинения?
Семья: Нет, госпожа судья. Я лишь прошу о как можно более строгой защите моей чести и репутации, потому что мой самообман нанес непоправимый ущерб моему будущему. И если я должна буду также понести наказание за собственную халатность – я готова (и Семья опустила виновато глаза).
Жизнь: Не торопитесь класть голову на плаху, вы нам еще пригодитесь, Семья. А пока присядьте. Слово обвиняемому. Невроз, что вы можете сказать в свою защиту?
Невроз (вальяжно поднимаясь с места): Да, госпожа судья, мне тоже есть что сказать в свою защиту. Дело в том, что не я один участвовал в этом деле. Более того, у меня были заказчики.
(по залу прокатился возмущенный рокот, все стали переглядываться).
Жизнь: Вы хотите назвать сообщников?
Невроз: А чего их называть? Их имена уже прозвучали.
(Три тени одновременно сорвались со своих мест в зале суда, пытаясь прорваться к выходу, но у дверей им преградили путь охранники Чести и Порядка, после чего беглецы под возмущенные возгласы всего зала были препровождены на отдельные места, недалеко от подсудимого: рядышком на одной скамье теперь сидели Литература, Кино и Поэзия).
Невроз: Я могу продолжать?
Жизнь: Да, конечно. Мы вас слушаем.
Невроз: Вообще-то, я изначально ничего и не планировал эдакого, потому что мое дело десятое. И был бы я в прежней опале, наряду с Алкоголизмом, Наркоманией, Душевным Расстройством и прочими «изгоями», если бы не заманчивое предложение. Мне обещали солидный куш и почетное место в истории человечества в обмен на мою простую работу: мне нужно было лишь делать свое дело, разжигая в душах людей ощущение неполноценности и пуская его в угоду новым порядкам Семьи, которые я установил, воспользовавшись поддельными документами на имя Любви. В этом и был мой самый большой куш: официальное признание меня нормальным и разрешение не просто жить, а и процветать. Что же касается денежных выгод, то все они пошли в карман этим трем товарищам из канцелярии Искусства: Кино, Литературе и Поэзии. К ним потом присоединились Театр и Телевидение, но это уже поздние прихлебатели, которые встали «у кормушки» с разрешения старших товарищей.
Жизнь: На чем именно, по вашим данным, зарабатывали Литература, Поэзия и Кино?
Невроз: Как на чем? На плодах моей работы. С помощью моего официального положения продавать «творчество» стало проще. Да и создавать тоже! Ведь не нужно было теперь напрягаться и придумывать нечто гениальное! Достаточно было воспользоваться уже созданными мною душевными ранами, и люди охотно покупали те «творения», в которых описывалась знакомая им с детства душевная боль. Вуаля!
Жизнь: Подскажите, а все ли служители канцелярии Искусства были замешаны в этом сговоре?
Невроз: Ну, все хотели, да не у всех получилось. Живопись тоже пыталась, но не пошло. Слишком специфичны ее плоды. Они кстати, вместе с Искусством, оказались как бы в стороне.
Жизнь: Как так? Главное руководство оказалось не в курсе, что творят подчиненные?
Невроз: Как же, будет оно в курсе, когда на наркотиках само постоянно, пытаясь заработать на собственном сумасшествии. Тут не до управления и контроля, тут лечиться надо.
Жизнь: Мда, интересный поворот дела. Невроз, вы пока присядьте. Пойдете как соучастник. (обращаясь ко всем) Но теперь мы расследуем дело не о простом преступлении, совершенном Неврозом лично, а уже о преступном сговоре. А это значит, что наказание будет суровым.
Итак, объявляется приговор:
1. Неврозу, в силу его собственной природы, предписано быть там, где ему и место: на принудительном лечении. Будете в соседних палатах с Искусством.
2. Литература, Поэзия и Кино отправляются на исправительные работы. Это самое суровое наказание, которое для них можно придумать. И теперь придется поработать на совесть: не «невротические» суррогаты клепать, а настоящим творчеством заниматься, которое вдохновляет на новые высоты и расширяет горизонты, пополняя казну Жизни.
3. Семья сама себе устроила форменное наказание, поскольку теперь предстоит масштабная работа по восстановлению пространства Отношений и исправлению собственной подмоченной репутации.
Любовь (приподнимаясь с места): Госпожа судья, можно мне сказать пару слов?
Жизнь (улыбнувшись): Да, прошу вас.
Любовь (выходя к трибуне под громкие несмолкающие аплодисменты, которые все же пришлось приглушить на время, чтобы было слышно слова):
Друзья. Любимые! Хочу подсказать несколько важных шагов, которые нужно проделать для того, чтобы у нас с вами получилось совместное строительство Отношений, которое затем, по нашей с вами задумке, должно перейти в фазу цветения и благополучия.
1. Выбирайте человека внимательно. Не спешите. Жизнь по правилам семьи – это не просто развлечение на два дня, это, если по-хорошему, проект длительный. И поэтому вы должны быть уверены в человеке, с которым вступаете в Отношения, на все сто. Не дайте сиюминутной симпатии затуманить ваш разум: присмотритесь, проверьте, после чего – внимательно и по пунктам договоритесь на долгие годы вперед.
2. Оформляйте ваши договора перед вступлением в Отношения внимательно. Вам должны быть ясны и понятны все пункты, и все Права и Обязанности должны быть обсуждены совместно, после чего – тогда и только тогда – можно будет поставить ваши подписи.
3. Помните, что по ходу вашей совместной жизни у вас постоянно будут возникать новые нюансы, которые вы не могли заранее предусмотреть, поэтому не ленитесь вновь и вновь пересматривать ваши взаимные договора, дополняя их новыми важными пунктами и следя за тем, чтобы все договорные условия приносили радость и счастье вам обоим.
4. И если вы все сделаете правильно, тогда я приду и лично буду помогать вам обустраивать пространство ваших Отношений, наполняя его цветением и благоуханием. Я прихожу, как правило, к опытным строителям Отношений, потому что моя задача – убедиться, что все построено на совесть, чтобы затем — наполнить ваши Отношения цветами и красками. Для этого должна быть подготовлена почва, для этого должны быть укреплены фундамент и стены, а окна в мир должны быть широкими и пропускающими свет. Цветы лучше всего растут в тепле. Поэтому заранее стройте Отношения так, чтобы тепло из него не уходило, и тогда цветы обязательно расцветут. Уж я об этом позабочусь.
5. А тем же, кто вдруг потерял своего Любимого человека, скажу так: не расстраивайтесь, Невроз про «единственность» любимого все наврал. Вокруг вас много замечательных людей, с которыми вы можете создать восхитительные отношения. Особенно если будете придерживаться правил грамотного строительства. И тогда я приду к Вам снова. И снова. И снова. У меня нет причин не прийти туда, где тепло и надежно. Так что – до встречи, родные!