Хочу рассказать об одной своей клиентке или ПСУ (получателе социальных услуг) как сейчас именуют наших подопечных.
Елене Николаевне под восемьдесят, она не может выходить из дома и живет совершенно одна. На обслуживании очень давно.
Я обслуживала ее полтора года. До этого ее обслуживало несколько социальных работников, и со всеми она расставалась по собственной инициативе. Причем срок обслуживания одним социальным работником все время уменьшался. Первый соцработник обслуживала ее почти семь лет, вторая - четыре, я ее обслуживала полтора года.
Причины расставания с соцработниками всегда были разными.
Елена Николаевна такой человек, что ей необходимо питаться чужой энергией, жизненными силами. Для этого она использует много различных приемов. И когда она чувствует, что человек ей уже ничего дать не может, она выкидывает его, как использованную вещь.
Про других ничего сказать не могу, расскажу свою историю общения с этой женщиной.
Мне ее передали на обслуживание после очередной жалобы. Елена Николаевна обвинила социального работника в воровстве своих лекарств. Естественно, никакого воровства не было.
Когда я впервые пришла к ней, она держалась дружелюбно, любезно и вежливо. Кстати, вежлива она всегда.
Мы поговорили, договорились о том, какие услуги ей необходимы, когда я буду приходить к ней и т.п. Я была удивлена рассказам коллег о ней, так как увидела совершенно нормальную, интересную женщину.
Дальше я стала ее обслуживать. Она всегда была всем довольна, не капризничала, не швыряла продукты (как некоторые), не требовала никаких запредельных услуг. Более того, она хвалила меня заведующей, постоянно подчеркивала, какая я хорошая, умная и сообразительная. В общем, любовь и понимание.
Услуг ей требовалось очень много, часто я ходила для нее в поликлинику, и бытовых услуг было много.
Я все удивлялась, почему же коллеги так плохо отзывались о ней и предупреждали: "Смотри, у нее все сначала хорошие и умные, а вот потом..."
Примерно через год Елена Николаевна заболела. Причем это не были ее обычные хронические заболевания. Она слегла. И почти перестала вставать с постели. По крайней мере, при мне она вела себя именно так.
Я стала ей готовить, приносить еду в постель (ела она сама).
То есть Елена Николаевна находилась в постели в комнате, а я стала одна часто ходить на кухню. Раньше я всегда перемещалась по ее квартире по ее наблюдением.
Еще я оформила ей патронажные услуги от фирмы "Милосердие". Эта организация предоставляет санитарно-гигиенические услуги, услуги по уборке квартиры и патронаж (приходит соцработник от Милосердия и делает дополнительные бытовые или медицинские услуги, которые не входят в мои обязанности, например, стирка, глажка белья, готовка еды и т.п.). Все это бесплатно, но в пределах норм, которые утверждаются Департаментом.
Когда первый раз пришла женщина из Милосердия, Елена Николаевна была в шоке. Эта женщина ей очень не понравилась, и хотя она позволила ей помыть себя и произвести уборку квартиры, мне она сказала: " Чтобы больше из этого Милосердия ко мне не приходили. Эта Тамара украла у меня всю пенсию, все мне переломала, украла глюкометр, лупу и серебряную ложку."
Елена Николаевна позвонила заведующей, нажаловалась на эту Тамару. Однако мы с заведующей решили все же не отказываться от патронажа, и попросили заменить работника. С Любой у Елены Николаевны все срослось, и они поладили.
Когда после Тамары пришла я в свой очередной визит, все пропажи нашлись. И деньги, и глюкометр, и лупа, и ложка. К чести Елены Николаевны, она снова позвонила заведующей и извинилась за свои напрасные обвинения.
Где-то месяца через полтора она стала понемногу вставать.
И вот тут и началось.
Елена Николаевна стала со мной общаться очень холодно, подозрительно.
Теперь ее перестали устраивать продукты, которые я покупаю, лекарства, которые я приношу.
Так как она почти все время была в кровати, то все ее причиндалы стояли на стульях возле кровати. Все это регулярно падало на пол и закатывалось под кровать.
Через некоторое время она мне стала говорить, что у нее пропадают какие-то эксклюзивные ложки, и какие-то золотые тарелки.
Я отшучивалась, так как принимала все эти обвинения за шутку. Мы с ней шли на кухню, все пересчитывали. А если не хватало какой-нибудь ложки, то ее я обычно выметала из-под кровати.
И вот в один прекрасный момент вечером раздается звонок. Елена Николаевна. Ледяным голосом она говорит: "Если ты завтра не вернешь мне мои тарелки, чашки и кастрюли, которые ты взяла себе, то я буду принимать меры". И кладет трубку.
Зная ее решительный характер, я испугалась, что будут жалобы в департамент, а может, даже и в полицию. Я бы ничему не удивилась, зная, как расправлялась она с моими предшественниками.
На следующий день все объясняю заведующей, прошу оградить меня от надуманных обвинений. Пишу докладную.
Елена Николаевна время не теряет, звонит заведующей и несет ей такое, что я была просто в шоке.
Оказывается, это не Тамара, а я украла у нее еще тогда, два месяца назад, и деньги, и глюкометр, и лупу. А то, что все это нашлось, то это "я все украла, а потом обратно принесла и подкинула в другие места, так как побоялась, что меня поймают на краже".
Во как, а то, что я совсем недавно была самая хорошая, самая умная, самая исполнительная, это она уже не помнит, не было такого. Ты воровка и все.
Заведующей как-то удалось отговорить Елену Николаевну дальше жаловаться на меня, и она поменяла ей социального работника.
Сейчас она у нее самая хорошая и умная. Надолго ли?