Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

90. Вальс под дождем (продолжение)

Свадьбу готовили в саду. Степан с Ильей натянули брезент, на случай дождя, расставили длинные столы, поставили стулья молодым, их свидетелям, гостям - длинные лавки, накрытые покрывалами. Нина подсчитывала, во что обошлась им эта свадьба. Сумма получалась внушительная - только на невесту ушло немало денег: парчовое платье, хотя можно было обойтись и гипюровым, фата, туфли, кольцо ей захотелось широкое... Нина шла на работу, опаздывая, как всегда. Солнце уже подошло к зениту, пекло нещадно. Нина вспомнила, как просила еще прежнего директора совхоза изменить ей график работы – она работала тогда с восьми утра до двенадцати, а потом с четырех до восьми вечера. Нужно было торопиться утром по хозяйству, бежать на работу, потом снова бежать домой, чтобы управиться, а потом снова бежать на работу... Летом было еще ничего, а осенью и зимой было нелегко. - С утра в библиотеку никто не ходит, - говорила она, - дети еще в школе, а взрослые на работе. Лучше я буду ходить с часу дня до девяти веч

Свадьбу готовили в саду. Степан с Ильей натянули брезент, на случай дождя, расставили длинные столы, поставили стулья молодым, их свидетелям, гостям - длинные лавки, накрытые покрывалами.

Нина подсчитывала, во что обошлась им эта свадьба. Сумма получалась внушительная - только на невесту ушло немало денег: парчовое платье, хотя можно было обойтись и гипюровым, фата, туфли, кольцо ей захотелось широкое...

Нина шла на работу, опаздывая, как всегда. Солнце уже подошло к зениту, пекло нещадно. Нина вспомнила, как просила еще прежнего директора совхоза изменить ей график работы – она работала тогда с восьми утра до двенадцати, а потом с четырех до восьми вечера. Нужно было торопиться утром по хозяйству, бежать на работу, потом снова бежать домой, чтобы управиться, а потом снова бежать на работу... Летом было еще ничего, а осенью и зимой было нелегко.

- С утра в библиотеку никто не ходит, - говорила она, - дети еще в школе, а взрослые на работе. Лучше я буду ходить с часу дня до девяти вечера. Тогда больше людей будет приходить, а то у меня и книговыдач совсем мало получается. Она не говорила, что для районного отдела культуры всегда передавала данные, почти в два раза превышающие реальные. Теперь она жалела, что перешла на такой график работы: находиться полдня дома с невесткой и сватьей было невмоготу.

Вчера состоялся разговор, после которого Нина смотреть не могла на них.

- А как же будем «продавать» невесту? - вдруг спросила Анна Васильевна. – Нельзя же без выкупа!

- А чего ее выкупать, - усмехнулась Нина, - она и бесплатно с удовольствием побежит замуж. Она ж не вылезает из постели Ильи, совсем перестала стесняться.

- Брось, сватья, чего стесняться, они полгода прожили вместе.

- Да, девушки стали не очень скромными, мягко говоря.

- Конечно, когда мужчины их соблазняют, обещают золотые горы, а потом забывают даже письмо написать...

- Так Илья вас не приглашал? – Нина ошеломленно посмотрела на женщину. – Вы сами заявились? – Она была не просто удивлена, оказывается, ее мальчика просто-напросто заставили жениться!

- Что значит – заявились? – не менее возмущенно спросила сватья. – Мы приехали, потому что Илья обещал жениться на Наташе.

- Ну, если бы все женились на тех, кому обещают...

- Да, мы знаем, что здесь живет девушка, которую Илья обманул и у которой есть ребенок от него, - заявила Анна Васильевна. – Но это их отношения, значит, она не смогла его удержать.

- А твоя дочка, значит, смогла? – Нина не смогла сдержать возмущения.

- Смогла, - улыбаясь, ответила Анна.

Идя на работу, Нина ругала себя за то, что сразу не выпроводила незваных гостей, позволила им остаться. Но теперь делать было нечего, да и Илья, похоже, не собирается отказываться от Наташи.

Навстречу Нине шли Маруся и Катерина.

- Нина Григорьевна, что такая смурная? – весело спросила Катька. – Скоро свадьба, говорят, а ты невеселая.

Нина прошла мимо, не ответив. Не говорит же им, что веселиться нечего.

Проходя по улице, где жила Ольга, она увидела ее, идущую с коляской. Нина приостановилась, ей захотелось посмотреть на девочку, которая, говорят, похожа на Илью, но не решилась и пошла дальше.

Вечером приехали сестры Ильи. Они познакомились с новыми родственниками, старшая пошла сразу управляться по хозяйству, средняя пошла к матери на работу. Нина все рассказала ей, как окрутили Илюшу, не дали и опомниться.

- Беременная, говорит. А откуда я знаю, от кого она беременная?

- Мам не надо! Про Ольку Серегину ты тоже так говорила, а девочка на нас похожа.

- И ты туда же? Люди болтают, и ты повторяешь? Прекрати!

- Да я-то замолчу, только люди все видят.

- Вот и смотри, как себя вести нужно, чтоб с тобой такого не было!

Домой они шли молча.

Наташа порхала по дому, весело щебетала целый день. Она пригласила на свадьбу трех подружек из училища, и они приехали накануне. Нина была вне себя от негодования: мало того, что сами живут на всем готовом уже больше недели, так еще и подружек притащили! Они целый день о чем-то шептались, хохотали, примеряли наряды.

Нина еле сдерживалась, чтоб не начать скандал накануне торжества. Она совсем не так представляла свадьбу сына. Но делать нечего: сам виноват.

В субботу к полудню жених с невестой, свидетели и подружки Наташи пошли в сельсовет. День был тихим и солнечным, солнце не жгло, было даже ласковым. Легкие облака на горизонте только украшали чистое синее небо. Наташа шла с цветами, сорванными утром в палисаднике, в длинном платье из парчи, длинной фате с красивым венком, из-под которого вились кудри, над которыми трудились с самого раннего утра. Илья выглядел серьезным и торжественным, в темном костюме и белой рубашке с галстуком.

Нина и Степан оставались дома – они должны встречать молодых хлебом-солью у ворот. Мать Наташи пошла в сельсовет. Она была довольна, шла рядом с дочкой, поправляя время от времени что-нибудь в ее наряде.

После обеда стали собираться гости. Пришли учителя из школы, соседи, работники конторы. Свадьба началась. Молодые сидели во главе стола, Наташа счастливыми глазами смотрела на всех, с радостью вставала на крики «Горько!» и запрокидывала голову для поцелуя. Когда она в очередной раз подняла бокал с шампанским, Нина сказала тихо сватье:

- Может, ей хватит наливать, ведь ей нельзя! Скажи ей!

- Да можно, сватья, можно! – радостно ответила ей Анна, - ошиблись мы, не было никакого ребенка, просто задержка была.

Нина снова почувствовала себя одураченной. Она встала из-за стола и ушла в кухню.

Ко двору подъехала машина директора совхоза. Степан встал из-за стола, вышел встречать его. Мельников вышел из машины с коробкой в руках, вошел во двор. Взглянув на молодых, произнес:

- Поздравляю, счастья вам, детишек, успехов в жизни. Вот вам подарок – будете принимать гостей.

- Виктор Петрович, прошу к столу, - пригласил Дорошин, - выпейте за молодых!

Мельников сел на предложенный стул, поднял рюмку:

- Любите, уважайте друг дружку, доверяйте - без этого семьи не будет. Горько!

Молодые встали, Наташа, улыбаясь, поблагодарила его, Илья кивнул головой, не глядя на Мельникова. Тот выпил рюмку и ушел, сказав, что много дел у него.

Подружки Наташи включили магнитофон, и улица огласилась веселой музыкой. Молодежь пошла танцевать, а остальные продолжали наливать, произносить тосты и кричать «Горько!» К вечеру собрались тучи, начал накрапывать дождь. Гости засобирались и разошлись, а молодые вместе с подружками отправились в клуб, на танцы.

Нина и Анна сидели в доме и разбирали подарки.

Продолжение