На самом деле, мне нравятся все. Но эта впечатляет завершенностью каждой вещи в отдельности и зрелой новизной в мире, где обычно ценится только «первое» и «раннее».
В этом проекте объединились противоречия и задатки, необходимые для массового успеха на Западе и устойчивого статуса «группы-изгоя» на черном рынке в СССР. Внутри состава «единство и борьба противоположностей» служили гарантией разнообразия, но потенциальный клиент испытывал недоверие к смешению стилей и рас, объединенных под психоделическим названием.
Blue Mink стали первой супер-группой в стиле поп, собравшей авторитетных профессионалов первой величины. Аудитория таких коллективов реагирует не на концепцию, а на отдельные песни, которым уготована судьба либо однодневок, либо классики жанра.
В репертуаре Blue Mink хватает вещей того и другого типа. Собственно, каждый альбом этого ансамбля представляет своего рода «библиотечку» потенциальных хитов на любой вкус, адаптированных таким образом, что элементы регги не режут слух любителю кантри и наоборот.
Перед нами меню демократичного общепита, где экзотика и мода оплодотворяют друг друга с отменным вкусом и чувством меры.
За демократизмом Джеймса Ласта и советских ВИА скрывается опыт тонкой психологии и алхимии. Каждый из мастеров «Синей норки» причастен к созданию десятков композиций, управлявших мимикой, жестом и страстями нескольких поколений.
Вот, например, басист Хёрби Флауэрс – ответственный за магию Make Up и Walk On The Wild Side, основных вещей альбома Transformer.
Или – вездесущий гитарист Алан Паркер и ударник Барри Морган, без которых Histoire De Melody Nelson едва ли получил бы столь убедительное воплощение.
Или Мэдлин Бэлл – черный аналог Грейс Слик в дружном экипаже альтернативного аэроплана.
Пластинка, о любви к которой сказано в заголовке, как раз напоминает Spitfire – эклектичный и неотразимый альбом Jefferson Starship, объект насмешек и брюзжания ненасытных любителей «чего-то большего».
Blue Mink – самодеятельность вольных каменщиков, причастных к возведению храма мировой поп-музыки, войти в который, как известно, стоит рубль, а выйти – два рубля.
Сколько бы музыкантов не было указано на обложке, их теневое количество всегда кажется больше.
Роль тандема Гринуэй и Кук в успехе Blue Mink не менее любопытна и значительна. Под псевдонимом «Давид и Джонатан» эти плодовитые и многоликие артисты выпустили единственный, но очень крепкий, эстрадный диск.
Идея была повторить успех чисто английских дуэтов типа Chad & Jeremy и Peter & Gordon. В результате единственным хитом дуэта номер три оказался заурядный кавер битловской «Мишел», а дюжина других записей легла на дно. Странное дело, потому что среди них имеются шедевры на все времена.
Параллельно с этим, их гениальная You've Got Your Troubles гремела по всему миру в десятке версий, известнейшей из которых по праву является хит британских The Fortunes.
Зато дальнейший композиторский успех тандема Гринуэй-Кук был беспрецедентным. Умение сочинять ритмичные шлягеры с налетом ироничной меланхолии вывело их в первую пятерку хитмейкеров первой половины семидесятых.
Что ни возьми – от пародирующей Криденс Long Cool Woman до софт-порно диско Doctor's Orders, прославившей Кэрол Дуглас, – под каждой будут стоять знакомые имена Гринуэй и Кук.
Отдельный разговор о роли Мэдлин Бэлл в рамках короткого очерка попросту нереален.
Её собственная композиция Eyeballs в альбоме Fruity заслуживает отдельного внимания, наряду с множеством других, как широко известных, так и оккультных примеров сотрудничества с наиболее яркими именами рок- и поп-музыки прошлого века.
Её малоизвестная версия Step Inside Love, самой интересной пьесы, написанной Полом Маккартни для женского вокала, изумляет своим совершенством вне времени и пространства, ни в коем случае не являясь калькой того, что сделала с этой песней незабвенная Силла Блэк. Чей самый трогательный хит семидесятых – Something Tells Me Something’s Gonna Happen Tonight – также написали Гринуэй и Кук.
На её сольном диске, который продюсировал Джон Пол Джонс, отметился Жан-Пьер Азуле, гитарист Джонни Холлидея.
А соавтором ряда вещей на второй пластинке Blue Mink указан Кенни Пикетт, лидер культовой группы Creation.
Поддержание хорошего настроения музыкальными средствами чревато депрессиями. Отсюда столько случаев расстройства у внешне жизнерадостных исполнителей, вполне довольных своим ремеслом. Карьера Blue Mink не производит впечатления спортивной погони за очередным рекордом. Люди занимаются любимым делом, честно эксплуатируя симпатию слушателя, который, в свою очередь эксплуатирует их талант и мастерство. Оба участника этого благодатного симбиоза выглядят натурально и убедительно.
Закончить этот панегирик будет уместно призывом Дина Мартина «открой дверь и впусти веселье», даже если за дверью в данный момент никого нет. Иногда достаточно мысленно добавить громкости, и просто прислушаться к музыке прошлых лет.
👉 Бесполезные Ископаемые Графа Хортицы
Telegram I Дзен I «Бесполезные ископаемые» VК