Копирование текста и его озвучка без разрешения автора запрещены.
Пришло время прощаться. Собраны последние пелёнки, Надюшка закутана в своё одеяльце и загружена вместе со своей мамой в машину на заднее сиденье. Дядя Боря десять раз всех расцеловал, сел в машину и дал команду:
- Поехали.
Проводив родителей, и Лёша начал собираться. Они с Марийкой помогли убрать со стола, расставили всё по местам и тоже попрощались. Я сказала Лёше вслед:
-Лёша, смотри не расслабляйся. Ты Марийку провожаешь и в училище, а не наоборот.
Лёшка на меня даже чуточку обиделся:
-Надя, обижаешь.
Ещё час назад дом был полон гостей, шум, гам, писк младенца и вдруг, в одно мгновение в доме стало тихо, и эта тишина угнетала. Домовой сидел на диване и смотрел программу «Время». Бабушка немного посидела с ним, затем сказала:
- Гости это хорошо, но что – то я за эту неделю устала, пойду ка я спать, - и ушла в свою комнату, Афанасий убавил звук, так что телевизор было еле слышно.
Я сидела в кресле и пыталась начать вязать новую кофточку. Но работа как – то не шла, то много петель набрала, то мало, то петлю пропустила.
- Блин, - психанула я, и отбросила спицы.
-Ты не психуй, не психуй, береги нервы, - посоветовал мне домовой, - займись чем – нибудь другим.
-Да не занимается мне ничем, на душе как – то…Муторно. Тихо дома, как… в морге.
-Тьфу, тьфу, тьфу, - сплюнул через плечо Афанасий, - ты ерунды то не говори. Ишь, что придумала. Сядь, вон, дедову книгу почитай. Совмести приятное с полезным.
Я села читать, но буквы складывались в слова, слова в предложения и все они не воспринимались как текст. Я отложила книгу. Ну, чем мне заняться? Посуда перемыта, дома чисто. Да и вечер уже. Спать лечь, так не хочется. И я начала бродить по дому в поисках занятия. Домовой сидел неподвижно и делал вид, что смотрит телевизор, а может он его действительно смотрел. Лично меня он раздражал, и я включала его всё реже и реже. Все наши новости каждый день были насыщены убийствами, поджогами, взрывами. Не новости, а ежедневные боевики, и каждый день новый сюжет и новые герои.
В непривычной тишине вдруг раздался грохот телефонного звонка. Я подняла трубку.
- Сахалин, соединяю.
-Алло, Надюха, привет, - раздался весёлый голос Макса, судя по голосу, он явно подвыпил, - с праздником тебя! Чего такой голос грустный?
-Привет, а чему радоваться - то? Муж догадался позвонить и поздравить с праздником только в двенадцатом часу ночи, вот радость - то какая. (У нас был десятый час, а на Сахалине уже действительно был двенадцатый)
-Надь, ну ты чего?
-В смысле я чего, это ты чего? В бабу превратился, праздники женские празднуешь, вон как тебе весело – то, мужских - то не хватило, - начала злится я.
И тут, как назло, а может быть и действительно специально, рядом с Максом взвизгнула и расхохоталась женщина.
-Ты чего там, из публичного дома звонишь что ли? Ладно, развлекайся, до свидания, - я бросила трубку.
-Кто звонил, хозяин? – встрепенулся Афанасий.
-Нет, приблуда какая – то, - зло буркнула я, выключила свет в зале и ушла в свою комнату.
Буквально через минуту опять зазвонил телефон, я уже знала, кто звонил, поэтому трубку брать не хотела, но телефон звонил снова и снова. После третьего или четвёртого звонка я не выдержала, и пошла снимать трубку.
-Сахалин соединяю, - произнёс всё тот же женский голос.
-Девушка, алло, пожалуйста, не нужно меня ни с кем соединять. Я не буду разговаривать.
- Что, обидел? – вдруг сочувственно спросила она.
-Нет, просто там и без меня баб хватает, не хочу себе праздник портить.
-Ну, хорошо, - вздохнула она в трубку, - скажу, что абонент не отвечает. Пусть помучается.
-Спасибо, - от души поблагодарила я.
Когда я шла через зал в комнату, вдруг кто-то сказал странным, глухим, потусторонним голосом:
-Что, надоело быть безответной овцой, да? А я всё ждал, когда же тебе это надоест.
Я резко оглянулась, рядом со мной никого не было, Афанасий всё так же сидел и смотрел новости.
-Да, надоело, - жестко ответила я.
Домовой повернулся ко мне. На лице его играли блики от телевизора, и оно казалось жутким.
- Ну, что ж. Вот теперь можно и поговорить об обучении. Любая ведьма должна иметь доброе сердце, чтобы помогать людям и жесткий характер, чтобы люди не сожрали её сердце своими никчемными желаниями. Нельзя бежать по первому зову кого попало из-за всякой ерунды. Ты должна нести добро, а люди должны тебя уважать. Дед твой не захотел так жить, и что их этого вышло? Потратил свою жизнь на никчёмных людишек, а когда действительно нужен оказался, то отдал последние силы и умер, а ведь, мог ещё жить и жить, и сколько действительно хороших людей мог ещё спасти. Твое слово должно быть законом для всех: мужа, отца, любого с кем ты заговоришь. И в первую очередь начни со своих близких. И вот тебе простой пример, ты со мной общаешься, людей лечишь, я тебе помогаю кое – в чём, но я тут главный! И тебе на ум даже не придёт меня обозвать и обидеть, не смотря на то, что мы с тобой спорим, а иногда даже очень сильно, а почему?
-Ну, ты же домовой! - произнесла я тоном, не терпящим возражения.
-Вооот, я домовой, а ты ведьма. Сильнейшая на целом свете. И для всех домовой и ведьма должно звучать одинаково. Не ты к людям идёшь, а люди к тебе. Не они тебе одолжение делают, а ты им. И они должны об этом помнить, как это делает Любаша. Она тебя любит, дочкой своей считает, но она уважает тебя, потому что ты ведьма, она старше тебя в два раза, а ты ведьма и поэтому ты главная. Пока ты будешь разрешать себя обижать и унижать, тебя будут все обижать и унижать. Это тебе первая наука.
- Легко тебе говорить, а как мне это делать? Я не понимаю.
-А чего тут понимать, - ухмыльнулся Афанасий, - уважающий тебя мужик сделал бы так? Нет, а это значит, что пора его на место поставить.
Я стояла, молчала и хлопала глазами от удивления.
-А как же хозяин, а как же берём мальчика, он хороший?
-Мальчика взяли, мальчик хороший, но если мальчик ведёт себя неразумно, то мальчика нужно выпороть. А на счёт хозяина… Так в этом доме я хозяин, а хозяйка в нём ты, а он твой муж. Но ему не всё позволено. Он должен знать своё место.
-Так ты всё слышал? – спросила ошарашено я.
-Домовому не нужно слух напрягать, чтобы что – то услышать. Так что да, я слышал, я всё понял, и преподал тебе первый урок. А что дальше делать, тебе решать.
Афанасий говорил со мной голосом не совсем привычным для моего слуха. Это был голос с того света, без эмоций, ровный без интонаций. Мне было жутко от этого. В первый раз в жизни я узнала, что такое злой домовой. И злился он от того, что Макс не оправдал его ожиданий, а я позволила ему сесть себе на шею.