Мачеха предложила Зое жениха

"Зоя" 5 / глава 4 / начало

- По-твоему только ты можешь на заморском говорить? – произнёс другой.

- Ты Григорий? – повторил представительный и опять ткнул тростью в плечо.

- Да, Кирьянов Григорий Филиппович, - пытаясь разглядеть незнакомцев, ответил Григорий.

- Наладчик мельниц?

- Да.

- Собирайся, пойдёшь с нами.

- Но куда? Вот так посреди ночи. Извольте объяснить.

Евдокия подскочила к мужу, встала перед ним и громко произнесла:

- Не пущу, пока не объясните в чём дело.

Представительный гость с удивлением посмотрел на жену Григория, рассмеялся раскатисто и произнёс:

- А с каких это пор баба решает, куда мужу идти?

- А с таких пор, как женой ему стала. Вот так ворваться к спящим, разбудить и забрать неизвестно куда? Чай не крепостные мы. Имеем своё слово.

Григорий шикнул на жену:

- Угомонись, Дуся, принеси вещи.

Недовольная жена, бурча что-то под нос, пошла выполнять просьбу мужа.

И обратившись опять к гостям, Григорий произнёс:

- Я должен знать, куда и зачем иду.

Один из пришедших почти крикнул из-за спины представительного:

- Да за тобой сам хозяин мельницы пришёл! А ты ещё допрос устраиваешь. Вы все саратовские такие безбоязненные? Скажи, спасибо, что не насильно под руки ведём, а ласково пока что.

Хозяин мельниц повернулся к говорившему помощнику и сказал:

- Ну-ну, Фёдор, угомонись уже. Нашли человека, радуйся теперь.

Больше Григорий вопросов не задавал, оделся и вышел вслед за гостями.

Евдокия Степановна побежала было за ними, да остановилась, к ней подошёл капитан судна и прошептал:

- Коли натворил чего твой муженёк, завтра же убирайтесь. Хватит мне слухов про то, что Катерина вашу девчонку спасла собственным телом.

- Ничего не натворил, - испуганно произнесла Евдокия. – А про Катерину это всё слухи. Ты рядом был? Негоже мужику сплетни разносить.

- Ну-ну, - ответил капитан и поднялся наверх.

Евдокия Степановна глубоко вздохнула, повернулась к Зое и спросила:

- Знаешь их?

- Нет, - покачала головой Зоя.

- Странно, ты же шляешься везде, давно бы и с хозяином мельницы познакомилась. Глянь, какой мужчина. Молодой, красивый.

Зоя уставилась на мачеху.

- Что уставилась? – спросила Евдокия. - Тебе мужа надо постарше, чем богаче, тем лучше. Я вот жалею, что опростоволосилась перед высокими гостями. Знала бы раньше, кто передо мной, молчала бы в тряпочку, да и тебя бы за отцовскими вещами отправила. Засветилась бы ты своими формами. Мужики грудастых любят. Может нам и до конца дней своих не пришлось бы работать при таком зяте.

Евдокия намечталась вдоволь. Уже и детей за Зою нарожала, богатство между ними поделила. Макару напророчила звание начальника порта. Отцу – звание главного наладчика мельниц Всея Руси. Отправила Григория и себя в Германию на повышение, да там с ним и осталась, не желая возвращаться.

Широка была фантазия у Евдокии. И она верила, что всё сбудется, если мечтать и думать головой. Не зря же к колдовке ходила, когда пыталась обратить на себя внимание Григория.

Та ей и сказала: «Только руками и головой можно мужика привадить. Он бросится на горячий суп, на убранный дом, а потом уже тебя костлявую начнёт благодарить». Евдокия ненавидела свою костлявость и при любом упоминании об этом злилась.

Она завидовала полным женщинам, тела которых плавно скрывали ключичные кости, в то время как косточки Евдокии торчали, словно она не женщина, а Кощей.

С самого девичества над ней посмеивались. Евдокия ела как не в себя. Думала, что хоть жиринка на теле появится, но нет. Она даже решила, что чем-то больна, но врачи разводили руками и говорили, что полностью здорова.

Мать её была не худощавой, отец вообще весил восемь пудов. А когда не смогла подарить Григорию сына, так вообще возненавидела своё тело лютой ненавистью. С этими мыслями Евдокия и легла спать. Решила не дожидаться мужа, не сидеть, думая невесть что, а выспаться.

Сердце её билось тревожно, как будто что-то должно было произойти. «И перед этим что-то нужно стоять с трезвой головой», - думала Евдокия, засыпая.

Зое незнакомец, конечно, приглянулся. В порту она таких не встречала. Бывало, мелькали там разные состоятельные, но все они были в основном старыми. Около них вились моложавые жёны или молоденькие любовницы и дочки.

Зоя закрыла глаза и представила себя рядом с хозяином мельниц. «Нет, - подумала она, - он стар для меня и скорее всего уже женат. А мачеха-то не угомониться никак, так и пытается меня спихнуть побыстрее. А я всё равно выберу сама.

Скоро, совсем скоро, по словам Макара, наступят свободные времена. Вот тогда всё и случится. Утру нос Евдокии, когда все станут равны. Ой, это же придётся делить между всеми богатство, которое Евдокия прячет. Ох, не отдаст же она. Ну ничего, Макар, думаю, с ней справится».

Зоя засыпала и представляла своё ближайшее будущее в каком-нибудь особняке с женихом вроде хозяина мельниц, только помоложе.

Продолжение здесь

Полюбившийся многим рассказ "Бобриха" тут