"Бобриха" 15 / глава 14 / начало
Прошло несколько минут, незнакомец выбежал из дома, не заметив Настю.
- Петя, – тихо позвал он, – срочно скачи к бабушке, скажи, чтобы готовилась. Нужна будет её помощь, нужно спасти человека! Ждите меня дома.
Было слышно, как кнутом стеганули коня. Топот растворился в ночной тишине.
Мужчина вернулся и на руках вынес Таисью, вышел через задний двор, скрылся в лесу.
Настя хотела было показаться на глаза, крикнуть незнакомцу: «Куда вы её забираете?», но смелости не хватило. Она зашла в избу, потушила лучину и поспешила к себе домой. Раньше она в ночи домой не возвращалась. Стало очень страшно от того, что там никого не было.
Свекровь, муж и сын уехали в город за птицей, а она осталась на хозяйстве. Быстро перебежав дорогу, Настя, как ошпаренная открыла калитку и понеслась к дому. Схватила палку, на всякий случай припрятанную за дверью и скрылась в своей избе. Раздался скрип закрывающейся двери и протяжное пение засова.
Настя забежала в комнату, легла на лавку и укрылась с головой тонким мешковатым покрывалом. «Завтра, - размышляла она, - вернутся мои, и узнают, что я защищала Таисью. Что же я наделала? Неужели теперь и меня камнями закидают?»
***
Алексей нёс Таисью на руках. Она не приходила в себя. Иногда слышалось постанывание. Тогда он клал её на землю, шептал слова любви, прикладывал ухо к груди и слушал, бьётся ли сердце.
Двенадцать лет он ждал встречи с ней.
И все эти годы корил себя за то, что пошёл на поводу у матери. Иногда прятался во дворе Таисьиного дома и наблюдал за ней и дочкой. Сердце обливалось кровью. Мать постоянно пугала его тем, что все в округе узнают, что он сын ведьмы.
Алексей боялся этого больше всего. Он помнил детство и не хотел повторения ни для себя, ни для своих детей. Больше всего он любил Петра. Сын его и Таисьи, выкормленный молоком Устины, подавал большие надежды. В свои 12 лет, он умел делать то, что не каждому взрослому было под силу.
Алексей гордился им и мечтал, о том, что когда-нибудь познакомит его с родной матерью. Детей, которых родила Устина, он тоже любил. Но не был привязан к ним так, как к Петру. Алексей много раз умолял мать, чтобы она вылечила Васеньку, но та не торопилась. Казалось, что она делает это специально для того, чтобы её чаще просили и даже умоляли о помощи.
Отправив сейчас к Бобрихе Петра, он не был уверен, что та согласится помочь. Она изначально невзлюбила Таисью. Говорила, что вдовья жена забирает у нового мужа жизнь.
- Если бы её похоронили вместе с мужем, то не встретилась бы она тебе, - любила повторять Бобриха.
Алексей неизменно отвечал:
- Тебя тоже нужно было с отцом, тогда никто не страдал бы от тебя: ни Устина, ни я, ни Таисья, ни дети.
Бобриха не любила, когда Алексей вспоминал отца. Память словно возвращала её назад, и пережитое снова и снова вызывало сильнейшие муки.
***
Пётр добрался до бабушкиного дома, спрыгнул с коня и забежал в избу.
Удивился, что никто не спит до сих пор.
- Бабушка, - громко крикнул он, - я с посланием от отца. Он просил передать, чтобы ты готовилась спасти человека. Он несёт сюда кого-то!
- Нашёл всё-таки, сучонок. Что же его тянет к этой бабе? - произнесла Бобриха, а потом резко подскочила, и начала что-то судорожно искать в своих травяных запасах. Она шептала себе под нос: «Что за жизнь у меня такая, баб Алёшкиных спасать».
Запах разворошённых трав заполнил избу.
Устина завидев Петра, бросилась к нему, обняла. А он, заметив, что на него пристально смотрит Лукерья, оттолкнул мачеху.
- Мама, я же просил не обнимать меня как девчонку! – произнёс Пётр строго.
Устина обиженно отошла и опять присела рядом с Лукерьей. Всё то, что некоторое время назад поведала Бобриха, совершенно не укладывалось в голове. Устина жалела себя и Таисью, а её многолетняя ненависть к Бобрихе возрастала. У неё возникло сильное желание замахнуться в свекровь чем-то тяжёлым, на столе как раз стоял глиняный горшок.
Она взяла в его в руки, встала с лавки и бросила его, но попала не в свекровь, а угол печи. Горшок разлетелся на несколько частей. Бобриха оглянулась, увидела горящие ненавистью глаза невестки и произнесла:
- Смерти моей хочешь? Ну, давай, убивай. Только кто вашу Таисью будет спасать?
Устина виновато опустила голову, присела на корточки и начала собирать осколок за осколком.
Поначалу Лукерья не сообразила, о ком говорит этот мальчик. Но она сразу поняла, что перед ней стоит Петенька. Смотрела на него, а видела перед собой Таисью.
«Как же он похож на маму, - подумала она, - красивый. Вот бы мама увидела его!»
При воспоминаниях о матери, её сердце бешено застучало, и она спросила у Петра:
- Ты нашёл мою маму?
- Нет, я никого не искал. Отец велел передать, я передал. А ты вообще кто такая? – спросил Пётр.
Лукерья не знала, что ответить. Воцарилось молчание.
- Сестра твоя старшая, - громко, словно торжественно и с ощутимыми нотами издёвки произнесла Бобриха.
Пётр вытаращил глаза. Устина посмотрела на него, встала.
- Петенька, это твоя сестра Алёнушка. Она нашлась, сынок! – Устина опять заплакала.
Её худенькое тело тряслось. Осколки высыпались из рук.
- Бабушка, - обратился внук к Бобрихе, - ты научилась воскрешать мёртвых?
Бобриха ухмыльнулась.
- Хочешь проверить мои способности? – спросила она у внука.
- Не хочу, папа сказал, что твоё колдовство приносит несчастье.
- Ах так, значит пусть твой папа сам лечит свою безумную бабу. Будет ему уроком. Когда плохо – бежит к матери, когда хорошо, брезгует моим присутствием. Так ему и передай.
Бобриха сложила обратно травы, прикрыла кадушки льняной тряпкой и вышла из избы.
Лукерья вскочила с лавки и набросилась на Петеньку с кулаками.
- Лучше бы ты молчал! – кричала она. – Твой отец несёт сюда твою родную мать!
Петя оттолкнул Лукерью, подскочил к Устине, взял её за плечи и затряс со всей силы.
- Это правда? – спросил он.
- Не трогай её, - крикнула Лукерья и начала отталкивать Петра от Устины. - Теперь она моя мать. А свою ты лишил надежды на выздоровление. Иди и ищи Бобриху. Без неё мы ничего не сделаем.
Лукерья говорила отрывисто, словно командовала.
- Что стоишь, возвращай бабушку! – повторила она.
Пётр смотрел то на Устину, то на наглую девчонку, а потом выбежал из избы.
Было слышно, как он кричал в ночи: «Бабушка, бааабууушка».
Продолжение здесь
Путеводитель по каналу тут